О мой Возлюбленный, зачем Ты скрываешьсяпод ликами Шивы и Аруначалы?Даруя мне милость через риши Рамануи обнажённого скитальца Садашиву?Такова Твоя божественная игра?Ты смеёшься над нами, принимая различныеформы,Ибо призываешь нас искать Тебя за пределами всех форм!Ведь нет в мире формы, которая не была быТобой,Которая не скрывала бы Тебя от невеждИ которая не являла бы Тебя знающему! <…>Ты — Шива, благосклонный, Ты —Дакшинамурти, учитель мудрости,Ты — Муруган, прекрасный Бог, божественныймладенец,Сканда, сын, Ты — Вигнешвара, устраняющийпрепятствия,Ты — шестиликий Шенмуган, взирающийна все направления. <…>Ты являешь Свои любовные игрыВ святилищах земли тамилов, прославляемый нашими святыми.И Ты — Анбе Шива, Шива-Любовь![29]В первые дни своего пребывания в Тапованаме Абхишиктананда был «захвачен». Шри Джнянананда пригласил его вернуться ещё раз и полностью посвятить какое-то время дхьяне. Абхишиктананда вновь приехал к нему в марте 1956 г. и «провёл со своим гуру две незабываемые недели. Это были дни мира и реализации»[30]. Это были дни благодати.
Он описывает ночь, проведённую в деревенском храме Шивы, и свою медитацию на бесформенный аспект Шивалингама. Sanctum sanctorum (святая святых) напомнила ему о пещере сердца, гухе индийской мистической традиции.
Во время бесед с Абхишиктанандой многие из высказываний гуру являлись эхом послания Упанишад и Гиты. Зачастую они иллюстрировались цитатами из тамильских поэтов-мистиков. Абхишиктананда подробно описывает, как Шри Джнянананда учил его медитировать.
Шри Джнянананда в свойственной ему манере рассказывает о бхакти и джняне языком притчи. Он излагает учение Гиты о четырёх типах преданных поклонников своими собственными словами. Есть те, кто ищет спасения от забот, те, кто стремится к мирским благам, те, кто любит Бога бескорыстно, и, наконец, те, кто осознаёт Бога как собственное Я.
Четвёртые суть джняни, т. е. бхакты самого высокого уровня. Для них Бог — их собственное Я. Они видят Бога во всём и выходят за пределы своих желаний. Для Абхишиктананды таким джняни является Джнянананда.
Согласно Абхишиктананде, мудрец делает основной акцент на вере (шраддха), стремлении к освобождению от невежества (мумукшутва), обращённости внутрь и однонаправленном созерцании.
Наставления Шри Джнянананды, касающиеся гуру таттвы, приводятся в отдельной главе:
«Странник многократно спрашивал Джнянананду о роли гуру но ответы всегда относились к определённому гуру к тому, кто появляется в момент даршаны Атмана, к тому, кто сам есть свет, сияющий из Атмана при Его финальном обнаружении. Гуру — акханда, неделимый. Он — адвайта, недвойственный. Лишь такой гуру может заставить вас погрузиться в глубины, и появляется он лишь в момент такого погружения. Другой вид гуру — гуру-мур- ти, гуру в видимой форме, тот, кто указывает путь»[31].
Гуру-мурти — человеческая форма, в которой Брахман, Абсолют, Бог, «Я есть» проявляется, чтобы пробудить ученика к его истинному бесконечному Я. Термин «гуру» указывает на того, кто «устраняет тьму невежества». Первобытное невежество рассеивается акхандакара вритти, в котором сияет бесконечное Я. Таким образом, истинная даршана гуру осуществляется в акхандакара вритти, когда ум пребывает в состоянии неделимой полноты Атмана. Садгуру Джнянананда очень любил стих из Рибху Гиты[32], раскрывающий природу гуру таттвы:
