– Что у меня сын – идиот… – пояснила Светлана Ивановна. – Видимо, ранение в голову не проходит даром. Чего ты в сорок три года с мамой-то надумал жить?! Я думала, мой мальчик скажет: я буду жить с Варварой, строгать внуков, так сказать. А он – на тебе, с мамой! И она – с мамой! Далеко мы так уйдем, ребята, ничего не скажешь!
Ольга Петровна засмеялась. Варвара залилась румянцем.
– Мама, прекрати! – смутился Габриэль.
– Тебе надо было сделать предложение. Сейчас Рождество, время чудес и исполнения желаний, – не унималась женщина.
– А то я не делал! – возмутился Габриэль.
– И что?
– И… ничего. Поэтому начнем жить так, а потом, если что, проведем рокировку.
– Варя, ты не согласилась выйти замуж? – настало время удивляться Ольге Петровне.
– А что? Должна была? – вскинулась дочь. – Нет, конечно! Еще чего!
– Ладно, об этом потом. А какая другая новость, сынок? – подбодрила Габриэля Светлана Ивановна.
– Тут находятся трое безработных: я, Миша и Варя.
– Ну, ты на себя-то много не бери! На тебе твой бизнес, будь он неладен, – покачала головой Светлана Ивановна.
– Но не для души, – поправил ее Габриэль.
– Не пугай меня.
– А я нашел дело для души! – радостно сообщил Габриэль. – Решил открыть частное детективное агентство и приглашаю вас к себе на работу.
После такого известия за длинным столом воцарилась полная тишина.
– Что ты решил открыть? – занервничала Ольга Петровна. – Частное детективное агентство? – Для нее новость явно стала большой неожиданностью. – А что это за зверь? С чем его едят? Детективное… Постой! Там же стреляют! И всякие опасности! При чем тут моя дочь-балерина? Габриэль, ты с ума сошел?
– Да уж, Варе это дело совсем не по профилю, – согласилась с ней Светлана Ивановна.
– Профиль – не профиль, а характер у Варвары просто кремень. Я всю жизнь мечтал о таком напарнике! Ну что, будешь со мной работать? – обратился Габриэль к Варе, словно приглашая ее за линию фронта. Та высоко подняла брови:
– Я? Твоим напарником? Господи, но я же…
– Так мы же одно дело раскрыли, – вдруг подал голос Михаил.
– И даже не одно! – Глаза Габриэля горели огнем. – Ну?!
– Я подумаю. – Варвара не знала, что и сказать.
– Это не ответ!
– Ладно, я согласна, я попробую.
– Пробуют торт!
– Хорошо, согласна, черт возьми! Ты это хотел услышать?
– Да, теперь я слышу то, что и был готов услышать. За новое детективное агентство «Габриэль и Ко»!
– Аминь, – прошептала Варвара, чувствуя боль в руке.
– Сейчас еще не момент? – спросил ее Габриэль неожиданно.
– Какой момент? – не поняла она.
– Чтобы поцеловать тебя и остаться живым.
– Настоящие мужчины не спрашивают, а действуют! – хором воскликнули мамы, а Варвара только руками развела.
Трудно даже сказать сколько раз Лада Диденко слышала этот диалог в вышибающих слезу сериалах.
Обычно главная героиня «мыльной оперы» сообщала своему любимому, что она беременна, а ее ненаглядный в ту же секунду из милого обаяшки превращался в лютого зверя и начинал убеждать минуту назад любимую женщину, в лучшем случае, провалиться сквозь землю вместе с будущим младенцем, или убираться к чертовой матери. Но героиня, назло негодяю, все равно рожала, выходила на красное крыльцо, а тут как раз проезжал на белом коне прекрасный принц, который влюблялся в главную героиню, не сходя с этого самого своего белого коня, и тут же усыновлял или удочерял чужое дитя.
И все дела у главной героини шли в гору – и карьера, и личное счастье.
А вот мерзавца, отказавшегося от своей кровиночки, судьба наказывала по полной программе… И, естественно, наступал торжественный момент, когда он, сгорая от стыда, на коленях просил у бывшей возлюбленной прощения и орошал горючими слезами ее фирменные лаковые туфельки из самой последней коллекции.
Ладочка влюбилась в Сережу еще на первом курсе. Он был старше ее и уже заканчивал учебу. Сергей был парень видный, статный и весьма симпатичный, любил шумные компании и тусоваться в ночных клубах. Он был москвич и жил вдвоем с мамой. Лада же приехала в Москву из небольшого городка, поступила на журналистику, выдержав большой конкурс, профессия эта была ее мечтой, и она очень серьезно относилась к своему будущему. Они начали встречаться: то у Сережи, пока мамы не было дома, то у Лады в общежитии. Девчонки относились к чувствам Лады с пониманием и всегда освобождали комнату, когда она их просила. Только девчонки предупреждали:
– Ты, Ладка, смотри в оба. Сережка парень крутой, у него девчонок как грязи. Не ты первая, не ты последняя… Гляди, а то слезами умоешься.
– Это все сплошные наговоры, – отвечала влюбленная по уши Лада. – Он хороший, добрый и любит меня.
– Ты, Ладка, голову иногда включай, – советовали подружки, – все-таки первый курс, не последний. Лучше бы на учебу налегала, чем амуры крутить. Смотри, допрыгаешься…
– Слушать вас не желаю! – затыкала уши Лада. – Да вы просто мне завидуете! – И убегала на очередное свидание к своему ненаглядному.
