В квартире было чисто, мне не сказали, какую комнату можно занять, и я выбрала для детей спальню, где явно не жили хозяева и стояли две односпальные кровати. Она была небольшой, с минимум мебели. Для себя я постелила на диване в гостиной.
Утром, когда мы заканчивали завтракать, кто-то позвонил в дверь.
На пороге стояла приятная женщина лет пятидесяти, полноватая в форменном платье. Она сказала привет и шагнула в квартиру.
– Пришла кофе выпить, – сказала она и направилась прямиком в кухню.
Я молча за ней наблюдала, полагая, что это приходящая уборщица.
– Меня Люда зовут, – сказала она. – О, вот они! Помните тетю Люду? Как дела тезка?
Дети действительно вспомнили ее. Людмила сама нашла себе чашку, по-хозяйски залезла в буфет за печеньем и приготовила кофе в кофемашине. Делая все это, она безостановочно говорила про свою внучку и про себя. Людмила убиралась в квартире Сергея Александровича, а также в двух других в этом доме. Но это было раньше. Она также сидела с детьми, когда Наташа была жива. Семен рассказал ей о том, что в квартире Сергея теперь живем мы, и она зашла поздороваться, то есть поболтать. Если бы иногда она не прихлебывала кофе и не жевала, мне бы не удалось вставить и слова.
Дети были в гостиной, играя в одну из настольных игр, которую я прихватила с собой.
– Я работала у Наташи несколько лет, как только она купила эту квартиру, убиралась раз в неделю. А тебя Сергей нанял? Гувернантка? Я давно их не видела. Детишек. Мне частенько доводилось с ними заниматься. Наташа с ними не справлялась и жалела, что взяла. А уж, когда она сама забеременела, с трудом сдерживалась, буквально их ненавидела! Говорила, что у нее не токсикоз, а реакция на ребятишек. А то, что Сергей в тюрьме сидел знаешь? Вот это да! Никто не рассказал, ну так я тебе сейчас все расскажу. Короче, Сергей, как ты там его называешь? Сергей Александрович, вот-вот, именно Сергей Александрович лет пять, может больше, отсидел. А когда его посадили его тогдашняя жена, хотя официально женаты они не были. Так мне Наташа рассказывала. Жена от детей отказалась, сдала их в детский дом. Наташа говорила, что то, как Сергей про детей рассказывал очень ее тронуло, к тому же сама она думала, что не сможет родить. Ее первый муж избил, когда она беременной была. Выкидыш был. Это ее сильно беспокоило, что возраст уже сорок лет, а детей нет.
Тут Люда спросила меня, знаю ли я что-нибудь о Наташе, когда я сказала, что знаю только то, что она умерла, она обрадовалась.
– Я тебе сейчас всё расскажу, – сказала она. – Приготовься, сейчас я тебе такое расскажу, что ты завтра же уволишься.
– Ну, нет, – прервала я Люду, – я не собираюсь увольняться!
– А я вот ушла.
Я напомнила Люде, что в начале она говорила, что ее уволили.
– Я бы сама ушла!
В этот момент зазвонил телефон. Это был мой двоюродный брат. Накануне я договорилась с ним, он обещал одолжить мне машину. Я посмотрела на часы, по намеченному с утра плану мы должны были уже выходить. Я объяснила Людмиле, что нам пора, и с облегчением услышала ее слова: «Мне тоже пора». Мне почему-то казалось, что он нее не отделаться. В дверях она добавила: «Я здесь буду послезавтра вечером».
Я часто брала машину брата, правда получала ее не бескорыстно. Наверное, можно было обсудить машину с Сергеем, но я вспомнила об этом, оказавшись в городе и не захотела его беспокоить.
В начале мы поехали в спортивный магазин, купить коньки. Я сразу одела детей подходящим образом, и, прямо из магазина, мы поехали на каток. А после катка мы зашли в кафе. Было время обеда в рабочий день, но нам повезло – нашелся свободный столик у окна. Я с наслаждением вытянула ноги и с любовью разглядывала своих подопечных. Я чувствовала себя счастливой матерью двух симпатичных деток, которая зашла перекусить, которая никуда не спешит, у которой впереди счастливый вечер в шикарной квартире в центре Москвы. Конечно, я не прислуга, скорее доверенное лицо, друг.
– Двое детей?! Кто бы мог подумать, – сказал Андрей. – Зашел за кофе, я тут рядом работаю.
Я не сразу его узнала, парня, который донес нам с Алей коробку. А когда узнала, поздоровалась и молча смотрела на него, ожидая, что он попрощается и уйдет. Но Андрей, добавив после паузы, что он работает в антикварном салоне, не уходил. Я жестом показала на свободный стул, Андрей тут же его занял, поставил большой бумажный стакан с напитком на наш стол и стал рассуждать о погоде. Я рассказала, что мы ходили на каток, и снова повисла пауза. Я ждала, что вот теперь он с нами попрощается, но Андрей продолжал сидеть. А когда мне принесли счет, он предложил зайти в его магазинчик.
Тут я решила, что он принимает меня за домохозяйку и с некоторыми деньгами, поэтому решил затащить меня в магазин в надежде продать что-нибудь. Отказываться причин не было. Нам ведь некуда было спешить. К тому же Андрей явно тратил время впустую, тем более жаль было ему отказать.
