Третий день войны уносил с собой близких, друзей, товарищей. С этим невозможно было смириться, свыкнуться. Надо проявить выдержку и дисциплину, отойти в тыл и сберечь людей.
Командир полка отдал приказ: оставшемуся личному составу собраться на аэродроме Балбасово - пункте сбора летного и технического состава авиаполков округа, базировавшихся на приграничных аэродромах. Не теряя времени, решили двигаться днем. Ехали осторожно, с интервалами между машинами. Самолеты врага то одиночные, то парами, а то цепочкой заходили вдоль дороги, затем, снизившись до бреющего полета, жадно искали цели.
На другой день прибыли на аэродром Балбасово, где всего год тому назад формировался и получил путевку в жизнь наш полк.
Рассчитывали, что здесь дадут самолеты, но весь резерв был уже передан другим авиаполкам. Нас направили в Орел, где сразу же выделили несколько самолетов МиГ-3 и Ути-4 для дежурных звеньев и тренировки молодых, еще не успевших вылететь на "мигах" летчиков. Началась напряженная учеба. Вскоре прибыли шесть транспортных самолетов Ли-2, на которых перебросили весь личный состав полка в район другого аэродрома. Там нас уже ожидали машины МиГ-3.
Полк перелетел на аэродром Шайковка Западного фронта, находившийся в восьми километрах к югу от города Спас-Деменска и ста километрах восточнее Смоленска.
Итак, мы снова на фронте. По нумерации наш полк оставался тем же, 129-м истребительным авиационным, но личный состав его обновлялся и прошел суровую школу первых дней войны. Короткий и горький этап, но без него, пожалуй, не было бы и последующих успехов в борьбе с фашистами на дальних подступах к столице нашей Родины.
II. На дальних подступах к Москве
Полыхали пожарами июльские ночи. Через "Смоленские ворота" враг рвался к Москве. Захват этого города, подчеркивалось в плане "Барбаросса", означает как с политической, так и с экономической стороны "решающий успех".
С падением нашей столицы гитлеровцы рассчитывали решить судьбу войны. На кратчайших путях к Москве, на широких прасторах Смоленщины и в междуречье Западной Двины и Днепра в тяжелых кровопролитных боях войска Западного фронта изматывали самую сильную группировку врага - так называемую группу армий "Центр", поддерживаемую вторым воздушным флотом.
После официального представления и знакомства полковник Олег Викторович Толстиков, командир авиационной дивизии, сразу же перешел к основному вопросу. Был он немногословен, производил впечатление человека замкнутого, чем-то удрученного. Впрочем, тогда многие были молчаливы. На всем протяжении огромного фронта шли ожесточенные бои. Выход гитлеровцев во второй половине июля на линию Великие Луки - Ярцево - Ельня ухудшил положение войск Западного фронта.
- Вы входите в смешанную сорок седьмую авиадивизию, - сказал Толстиков отрывисто и кивком головы показал на карту. - Фронт рядом. Фашисты наступают.
- Понятно, - коротко резюмировал Беркаль.
- А теперь расскажи о самочувствии летчиков, настроении людей, попросил полковник, переходя на "ты". Он взглянул в лицо командира красными, воспаленными от бессонницы глазами. - Только прошу правду. Слышишь?
- Ребята рвутся в бой.
- Это хорошо.
Сжатые губы полковника чуть тронула улыбка.
Беркаль хотел добавить, что полк в полной боевой готовности, состав полка отличный, молодежный, большинство коммунистов и комсомольцев, летчики, хотя еще не все обстрелянные, но народ отчаянный. Но этого не успел сказать - в землянку вошли двое: военком дивизии полковой комиссар Иваненко и начальник штаба полковник Дагаев.
Комдив охарактеризовал кратко наши задачи: сопровождать штурмовики и бомбардировщики, которые будут действовать по танкам, мотомехчастям и пехоте противника. Кроме того, летчики должны были вести воздушную разведку в тылу, проводить самостоятельные штурмовые действия по вражеским войскам и аэродромам. Толстиков предупредил, что истребительной авиации на Западном фронте у нас пока недостает, поэтому не исключено, что воздушные бои придется вести с численно превосходящим противником.
- Все ясно, - сказал Беркаль. - Разрешите приступить к боевой работе?
- Капитан, - остановил его начальник штаба авиадивизии. - Готовьтесь сопровождать бомбардировщики. Приказано бомбить вражеские аэродромы.
Командир полка посмотрел на карту, где кружками были обозначены аэродромы Ельни, Смоленска, Шаталово, Мошны. Полковой комиссар Иваненко перехватил этот взгляд и добавил:
- С аэродромов Ельни и Смоленска вылетают фашистские бомбардировщики бомбить Москву.
- Разрешите, идти. - Беркаль был взволнован. Ведь делалось все возможное, чтобы остановить врага. Но, выходит, усилий было еще недостаточно. Нужна отдача всех сил, а может быть, и самой жизни.
Перед землянкой он встретил командира эскадрильи Петра Коваца.
- Готовься, полетим на Ельню.
- Есть, готовиться, - спокойно отозвался комэск. Беркаль вспомнил, как тот появился в полку. Смущенно улыбаясь, протягивал каждому широкую, как лопата, ладонь и представлялся:
- Петром зовут.
