Гвардии майор полностью

Нашим отцам

и дедам, защищавшим

Родину – посвящается.

ЧАСТЬ

I

«Отстаивайте ж Севастополь!»

ГЛАВА I

Разговор шёл о политике, Батя, как бы про себя, рассуждал о судьбе некогда единой страны. Ермоленко, лёжа на диване, безучастно смотрел в потолок – слов не требовалось, всё и так было ясно. Мне, как самому младшему, приходилось изредка кивать головой, обозначая что всё сказанное принято к сведению.

Именно сейчас ни мне, ни майору не хотелось говорить о политике. Мы ещё не пришли в себя после двух торжеств подряд.

…Невеста Ермоленко – Антуанетта затребовала свадьбу по высшему разряду. Честно говоря, смысла в такой гулянке я не видел и подозревал, что дело было, скорее, в природной вредности, но влюбленный жених так торопился окрутить её, что был готов на всё что угодно, лишь бы нареченная не спохватилась и ничего не отменила.

Наше бракосочетание с Катериной после этого феерического шоу походило на свадьбу бедных родственников, но мы всё равно были довольны, хотя всё прошло не совсем так как мы хотели.

Когда отгремела музыка Ермоленковской свадьбы, мы решили обойтись малой кровью: купаться в шампанском не собирались, лепестки лотоса и изысканные ароматы востока нас не интересовали. Поэтому на следующий день после первой свадьбы заявившись к Бате и потребовали просто нас зарегистрировать.

Не выспавшийся и злой как чёрт полковник весьма ласково обложил нас, но, тем не менее, сделал официальную запись в регистрационной книге и шлёпнул печать на красивую бумажку, свидетельствующую, что с этого счастливого часа мы муж и жена. Спрятав свидетельство и поблагодарив полковника, мы попытались улизнуть.

– Куда это вы намылились? – поинтересовался Батя, пряча книгу.

Мы переглянулись, поняли что смыться тишком не удастся и, вернувшись к столу, объяснили, что собрались съездить в Ялту в честь такого события.

– Отмазаться хотите, – подытожил полковник, – не выйдет! С вас причитается!

– Да мы, собственно говоря, непротив, – попытался открутиться я, – просто три дня подряд… Мы думали всем надоело, вот из Ялты приедем…, – я покосился на Катьку, но она и не думала мне помогать, а с обреченным видом смотрела на дверь.

Дверь распахнулась и в комнату ввалился майор.

Увидев нас, Ермоленко слегка запнулся и буркнул:

– О! И вы тут. А я как раз по вашу душу. Давайте решать, когда с вами плясать будем.

Батя ехидно ухмыльнулся, и майор понял, что опоздал. Он озадаченно хмыкнул, но по его лицу не было похоже, что сильно рассердился. За спиной Ермоленко дверь открылась второй раз, и в неё неслышно просочился дядя Юра. По его кислой физиономии было видно, что он уже всё знает и, в отличие от майора, расстроен нашей прытью и скрытностью. Потом лицо его разгладилось, и он переглянулся с учителем.

Выражение лиц родителей нам очень не понравилось.

Когда дверь открылась в третий раз, мы уже прекрасно понимали, что просто так отделаться нам не удастся.

Третьим гостем оказался мой бывший шеф. Нам ничего не оставалось, как потихоньку ретироваться в дальний угол, за широкую Батину спину…

Эх! Если бы мы умели телепортироваться!

Кабинет Бати, тем временем, наполнялся людьми (пардон, вампирами). Я же, тихо сатанея, задумался о том, какая же зараза успела раззвенеть на весь Симферополь.

– Так уж и зараза, – мысленно отозвался Батя, – можно сказать внуки во взрослую жизнь решили вдариться…

Я слегка смутился, а в голове уже щёлкала смета. Но две параллельные мысли разбили мою математику в пух и прах. Дуэт пропел:

– Не боись, я плачу.

Лица обоих папочек маслились от умиления и восторга. Мы с Катькой окончательно приуныли.

…В общем, гулянка удалась на славу.

Белое платье – дядя Юра заявил, что всю жизнь мечтал увидеть Катьку в фате и платье (человеческая свадьба не в счёт); шикарный костюм – здесь уже уперся майор; свадебный торт – Антуанетта постаралась; счастливые гости и злые на весь мир – жених и невеста, то есть молодожёны…

Шампанское лилось рекой. В потолок летели пробки, обувь липла к полу. Благородное вино никто не пил, всё оно ушло в фонтаны и осело на горизонтальных поверхностях…

…И вот, теперь, мы уже сутки отлеживались после этого безобразия, устав настолько, что даже шевелиться не хотелось.

Несмотря на это, я тихонечко обдумывал, как бы нам с женой поделикатней смыться на Южный Берег, но следующая фраза Бати добила меня окончательно:

– Ладно, бес с ней с этой политикой… Иван, бери Катерину, и собирайтесь в Керчь.

– Зачем? – от изумления я чуть не упал с дивана.

– Жить не тужить. – отозвался Батя, – Иди, пакуй вещи. А ты, Петро, их проводишь и проверишь, как они там устроились. Понял?

– Понял, – пробурчал майор и уточнил, – это чтобы не сбежали?

– Соображаешь, – удовлетворенно согласился Батя.

Так что на ЮБК мы так и не попали, а отправились в другую сторону…