Кейз увидел, как первая из плазменных торпед, преследовавших «Ирокез», врезалась в носовой отсек вражеского эсминца. Щиты чужака вспыхнули, замерцали... и угасли. Второй снаряд ударил секундой позже. Корпус корабля ковенантов окутался огнём, покраснел, потёк и вскипел. По всему судну прокатилась волна взрывов.
К раненому кораблю устремились ракеты «Лучник», прочертив тонкие линии, связавшие «Ирокез» с его жертвой. Снаряды пробивали зияющие бреши в броне чужака и взрывались. Во все стороны брызнули пламя и осколки.
По лицу Кейза расплылась улыбка, когда он увидел, как вражеское судно загорается, заваливается на бок и начинает медленно падать в гравитационный колодец сигмы Октана IV. Лишённое энергии, оно было обречено сгореть в атмосфере планеты.
Коммандер включил внутреннюю связь.
— Приготовиться к аварийному манёвру.
Он вновь переключился на управление резервными ускорителями, и взрыв заставил содрогнуться правый борт «Ирокеза». Они повернулись носом к планете.
— Лейтенант Джаггерс, внести изменения в курс, — приказал Кейз. — Выходим на близкую орбиту.
— Слушаюсь, сэр. — Навигатор неистово застучал по клавиатуре, вводя нужные команды и направляя энергию в маневровые двигатели.
Корпус «Ирокеза» раскалился докрасна, когда корабль вошёл в атмосферу. Вокруг обзорного экрана замерцало жёлтое облако ионизации.
Коммандер Кейз стиснул в ладонях латунные поручни.
Экран расчистился, и он снова смог увидеть звёзды. «Ирокез» вышел на ночную сторону планеты.
Неуклюже шагнув вперёд, Кейз почувствовал, что снова может дышать.
— Сбой в охлаждающей системе, сэр, — доложила лейтенант Холл.
— Заглушить двигатели, — приказал он. — Аварийная остановка.
— Слушаюсь, сэр. Произвожу аварийную остановку реактора.
На «Ирокезе» внезапно воцарилась тишина. Не было слышно рокота двигателей. И долгое время никто не произносил ни слова, пока наконец Хикова не сказала, поднимаясь:
— Сэр, это был самый потрясающий манёвр, какой я только видела.
— Вы так полагаете, лейтенант? — позволил себе засмеяться Кейз.
Предложи подобную тактику один из его студентов, коммандер поставил бы ему в лучшем случае С+. А затем объяснил бы, что подобный манёвр, конечно, знак отваги и решимости, но невероятно рискован и подвергает необоснованной опасности экипаж и судно.
— Сражение ещё не закончилось. Оставайтесь начеку, — сказал он. — Лейтенант Хикова, доложите состояние ОМУ.
— Накопители заряжены на девяносто пять процентов, сэр, и теряют энергию со скоростью три процента в минуту.
— Подать энергию в ОМУ. Зарядить по одному тяжёлому снаряду. Подготовить к пуску все носовые торпедные аппараты «Лучник».
— Слушаюсь, сэр.
«Ирокез» покинул тень сигмы Октана IV.
— Лейтенант Холл, задействовать химические ускорители и покинуть орбиту.
— Приказ выполняю.
По кораблю прокатился недолгий гул. Обзорный экран повернулся, и на нём высветились проходящие мимо фрегаты ковенантов.
Вражеские корабли начали разворачиваться; на их броне вспыхнули голубые огни заряжающихся лазеров, а вдоль центрального шва начали собираться алые нити. Чужаки готовились дать ещё один залп плазменными торпедами.
Но было там и кое-что ещё... Нечто настолько маленькое, что его даже нельзя было различить на экране, — ядерная ракета. Кейз выпустил её в противоположном ходу корабля направлении, но её скорость не могла полностью превзойти ускорение судна.
Пока «Ирокез» таранил вражеский эсминец и уходил потом к орбите сигмы Октана IV, ядерную торпеду относило к фрегатам, чьим вниманием крейсер всецело завладел.
Кейз опять включил свой наладонник и послал сигнал торпеде.
Экран ослепила белая вспышка, и оба фрегата скрылись в разрушительном облаке. Волна ядерного удара достигла атмосферы и засверкала в ней северным сиянием. В верхние слои поднялось облако остывающего пара. Пламя постепенно тускнело, становясь жёлтым, оранжевым, красным и наконец превращаясь в облако чёрной сажи, растворяющейся во тьме космоса.
Тем не менее оба фрегата были ещё целы. Зато их щиты вспыхнули... а затем угасли.
— Лейтенант Хикова, доложить о состоянии ОМУ, Срочно!
— Есть, сэр. Накопители ОМУ заряжены на девяносто три процента. Наведение завершено.
— Огонь, Хикова!
По «Ирокезу», один за другим, прокатилось два толчка.
— Навести на цель оставшиеся «Лучники» и дать залп.
— Ракеты пошли, коммандер.
Две молнии и сотни торпед устремились к двум беззащитным фрегатам.
Первыми ударили ОМУ; один из вражеских кораблей пробило насквозь, от носа до кормы, а второй получил брешь возле двигателей. По нему прокатилась серия внутренних взрывов, вспучивших корпус вдоль всего судна.
Ещё секунда, и «Лучники» также настигли цель, вырывая куски брони и раздирая на части корабли чужаков. Тот фрегат, что получил снаряд ОМУ в моторное отделение, взорвался фейерверком осколков и искр. Второе судно запылало, обнажились его внутренние палубы; оно разворачивалось к «Ирокезу» бортом... но так и не выстрелило. Его просто раскручивала инерция. Фрегат был уничтожен.
— Лейтенант Холл, доложите о местоположении крейсера ковенантов.
Она помедлила, прежде чем проинформировать:
