— Добро пожаловать на борт, энсин. — Кейз ответил на приветствие, с удивлением отметив, что неряшливый офицер на деле проявил удивительное почтение к военному уставу. — Прошу вас занять место за навигационным пультом.
Остальные офицеры одарили энсина критическими взглядами. Было крайне необычно, что человеку со столь низким званием доверили управление крупным боевым кораблём.
— Сэр, должно быть, это какая-то ошибка, — смущённо наморщил лоб Ловелл,
— Вы ведь энсин Уильям Ловелл? ещё недавно служивший на «Архимеде»?
— Так точно, сэр. Меня так быстро сорвали с этой должности, что я...
— Займите свой пост, энсин.
— Слушаюсь, сэр!
Парень опустился в кресло напротив навигационной консоли, потратил пару секунд на то, чтобы ознакомиться с расположением клавиш, — и перенастроил их под себя.
Губ Кейза коснулась лёгкая улыбка. Он знал, что Ловелл обладает куда большим боевым опытом, чем любой лейтенант, находящийся сейчас на мостике, и капитана порадовало, что энсин настолько быстро осваивается в незнакомом окружении.
— Энсин, мне необходима информация по текущему построению флота и положению противника, — приказал Кейз.
— Будет исполнено, сэр, — отозвался Ловелл.
Его руки запорхали над клавиатурой. Ещё секунда — и на главном экране развернулась карта звёздной системы. Несколько дюжин небольших треугольных значков отмечали позиции флотилии адмирала Стэнфорда, разместившейся между сигмой Октана IV и её луной. Слишком неудобное положение. Нахождение на орбите загоняло их в ловушку гравитационного колодца — то же самое, что драться, прижимаясь спиной к стене.
Кейз посмотрел на дисплей и нахмурился. Адмирал выстроил весь флот плотным порядком. Если бы ковенанты применили плазменное оружие, у кораблей не осталось бы места для маневрирования.
Суда чужаков стремительно приближались. Капитан Кейз насчитал двадцать отметок на радаре. Ему это откровенно не нравилось.
— Получаю приказ, — произнёс Доминик. — Адмирал Стэнфорд требует, чтобы «Ирокез» немедленно вышел на данную позицию.
На карте в самом уголке общего построения запульсировал голубой треугольник.
— Энсин Ловелл, мы должны оказаться там как можно скорее.
— Есть, сэр, — отозвался новичок.
Капитан Кейз заставил себя справиться с накатившим на него изумлением — перед носом «Ирокеза» проскользил правый борт «Колыбели». Ремонтная станция занимала позицию прямо над «фалангой», выстроенной адмиралом. Оказавшись на месте, она развернулась к ковенантам узкой стороной, чтобы подставлять им как можно меньшую поверхность.
— Разворот и торможение, — произнёс Ловелл. «Ирокез» повернулся и начал сбавлять ход. — Машина: полный стоп. Сэр, мы вышли на позицию.
— Очень хорошо, энсин. Лейтенант Хикова, заберите как можно больше энергии на зарядку ОМУ.
— Слушаюсь, сэр, — откликнулась стрелок. — Конденсаторы заряжаются с предельной скоростью.
— Капитан, — произнёс Доминик,— ИИ «Левиафана» передаёт кодированный сигнал. Это исходные данные по управлению огнём и обратному отсчёту.
— Перешлите их лейтенанту Хикове и выведите на мой экран.
Тактическую карту пересекла полоса, соединяющая «Ирокез» с одним из приближающихся ковенантских фрегатов. В уголке вспыхнул таймер, отсчитывающий время до начала стрельбы: двадцать три секунды.
— А теперь, Доминик, покажите мне боевое решение по всем кораблям.
Карта покрылась паутиной траекторий, под каждой из которых отсчитывал время крошечный таймер. Адмирал Стэнфорд приказывал своему флоту пойти в атаку на ковенантов, словно повторяя сражение «Красных мундиров» и колониальной полиции во время Войны за независимость в США, — лучше всего эту тактику описывало слово «кровавая»... или «самоубийственная».
Чем, чёрт возьми, адмирал думал? Кейз вгляделся в экран, пытаясь понять причины подобного безумства, и вдруг всё осознал. Затея была рискованной, но — если всё получится — гениальной.
Таймеры были выставлены так, что выстрелы кораблей разбивались на два, а может, и три массированных залпа. Первый удар должен был — во всяком случае, Кейз на это надеялся — снести щиты ковенантов. А последний — нанести смертельные раны.
Но сработать это могло только один раз. Затем оставшиеся суда чужаков уничтожили бы флотилию ККОН. «Ирокез», как и все остальные корабли людей, превращался в неподвижную мишень. Кейз по достоинству оценил тот факт, что адмирал не стал уводить свои войска слишком далеко от сигмы Октана IV, но при нулевом разгоне и полном отсутствии места для маневрирования они просто не могли увернуться от плазменных зарядов.
— Лейтенант Холл, приказываю объявить разгерметизацию во всех не являющихся необходимыми отсеках и откачать из них воздух.
— Слушаюсь, сэр,— отозвалась лейтенант и прикусила губу.
— Оружейный пост, доложите состояние ОМУ, — Взгляд Кейза был прикован к сменяющимся цифрам обратного отсчёта.
Пятнадцать секунд... десять...
— Сэр, ОМУ заряжены! — доложила Хикова. — Снимаем предохранители.
Корабли ковенантов начали медленно разворачиваться, хотя ускорение и продолжало нести их прямо к фаланге флотилии ККОН. Вдоль бортов вражеских фрегатов стали собираться красные светящиеся пряди.
