Они заехали на второй уровень трассы, которая проходила прямо над старой Моховой. Теперь почти везде дороги были многоуровневыми, как парковки. На МКАДе так вообще пришлось пристраивать целых три уровня, что крайне сильно ударило по государственному бюджету. ЦКАД ограничился лишь одним добавочным уровнем, да и тот был проведен не во всех местах.
Зато вокруг Москвы возвели еще одно кольцо, охватившее поселки и города вплоть до Орехово-Зуево. Не придумав ничего лучше, его назвали ЗАКАД. Вряд ли из злого умысла, но звучало совсем как «закат». Расшифровке же ЗАКАД вообще не поддавался.
Что было удивительным, так это пробки. Казалось бы, построили новые дороги, и заторы должны были исчезнуть. Первое время так и было. А потом народ, который смекнул, что шесть часов вечера на дороге в Москве – уже не смертный приговор, подкупил себе машин. И резко все стало как прежде.
И все же в плане инфраструктуры Москва оставалась одним из лидеров среди остальных столиц.
Сейчас Кириллу пробки, вроде, особо не грозили. Он глянул на часы – 2:10. Отбытие его капсулы было назначено на пол-третьего. Должен успеть.
Он откинулся назад, мысленно прогоняя в голове основные тезисы своего выступления. В принципе, ничего сенсационного – новый метод оценки психологического состояния человека. Поэтому-то ему и было трудно сдерживаться каждый раз, когда он слышал про эмоции – тема была не из легких.
– Приехали! – вытянул его из мыслей водитель.
–А? Да, спасибо. У меня оплата через глазной идентификатор, – Кирилл наклонился к терминалу, встроенному в подголовник сиденья навигатора, и тот пикнул, считывая его биометрический код.
Он взял свой чемоданчик и вылез из машины.
– Всего хорошего.
– И вам!
Всего капсульных агентств по Москве существовало чуть больше сотни, и расписание каждого из них было распланировано поминутно. Расценки во всех капсулах были одинаковые, как в метро – всем заправляла компания-монополист, владеющая патентом на технологию. Отличием от метро, которое все еще оставалось главной любовью москвичей, была нереальная цена, взымавшаяся за телепортацию. Многие сильно недолюбливали телепортации именно поэтому – не видели смысла за одно перемещение отдавать денежный эквивалент десяти перелетов на самолете.
Сокращенно, компания называлась КОТ – КОмпания по Телепортации. И государство даже не изъяло в свою пользу патент КОТов – вот что значило жить в эпоху наступившей демократии!
Правда, из-за своей монополии КОТы устанавливали высокие и подчас непонятно как сформированные цены. Ну какая была разница, куда телепортировать человека, на Бали или в США? Причем от расстояния цена не зависела. Вон, телепортация на Дальний Восток нынче стоила как три «поездки» в Антарктиду.
Кирилл открыл дверцу агентства, и над его головой звякнул старый колокольчик. Он был именно старым, а не старинным – такие напоминали Кириллу о сувенирных лавках, которые когда-то были на Никольской. Время и глобализация беспощадно смели их, переместив все сувенирные безделушки в Дьюти-Фри аэропортов. Может, именно поэтому Кирилл и отдавал предпочтение «капсуле».
Роботизированная рамка продезинфицировала его руки и одежду, заодно проверив на предмет наличия оружия и запрещенных веществ. Пикнув, она впустила его внутрь.
Заметив шевеление за стойкой администратора, Кирилл поздоровался:
– Виталий, здравствуй! – он знал работника этого отделения.
Или думал, что знал. Из-за стойки показалось чье-то незнакомое молодое, но весьма заросшее лицо, прятавшееся не только за маской, но и за очками в толстой оправе.
Ясно, – тут же подумал Кирилл. – Жертва коронавируса. Слишком взрослый, чтобы приходить ко мне на коррекцию установок, но слишком молодой, чтобы записываться по поводу кризиса среднего возраста. Хотя это все равно не по моей специальности.
– Добрый день, – произнес Кирилл вслух. – У меня назначено отправление «капсулы» на два тридцать.
– Добрый! Так, эээ..
Молодой человек принялся рыться в бумажках, которые, как отметил Кирилл, заглянув за стойку, были разбросаны повсюду.
– Кирилл Львов? – молодой человек поднял на него глаза.
Он кивнул.
– Хорошо, пройдемте, пожалуйста!.
Молодой человек поднялся, зачем-то захватив с собой стопку документов, и протянул Кириллу руку. Предварительно обтерев ее о штаны.
– Саша. – просто произнес он.
***
Внутри все было почти так же, как и в предыдущие разы, разве что намного грязней. Несколько кабелей, которые должны были лежать в полу под красивой белой плиткой, были навалены сверху, как будто их собирались менять. В центре комнаты, столь же белоснежная, как и стены, стояла сама капсула.
Кирилл недоверчиво покосился на кабели.
– А их разве должно быть видно?
Работник Саша хихикнул.
– Да вы что, нет конечно! В первый раз у нас что ли? Нет, это начальство снова вводит какие-то обновления, вот я и занимался этим.
У Кирилла неприятно потянуло в животе.
– Разве не ваша обязанность закончить с этим до отправления? Вдруг что-то пойдет не так?
Саша тут же посерьезнел, а маска на его лице задвигалась.
– Нет, вы что! Машина работает стерильно, жестко, безотказно!
