Правительства и политические деятели быстро адаптировались к этой новой реальности, используя дезинформацию в качестве оружия влияния как внутри страны, так и на международном уровне. Вмешательство России в западные выборы с помощью скоординированных "ферм троллей" и сетей ботов - один из наиболее хорошо задокументированных примеров, но далеко не единственный. Китай освоил использование цифровой пропаганды для подавления инакомыслия не только в пределах своих границ, но и в глобальном масштабе, воздействуя на нарративы о Гонконге, Тайване и нарушениях прав человека в Синьцзяне. В демократических странах дезинформация используется для разжигания розни, подрыва доверия к институтам и манипулирования общественным мнением в угоду корпоративным и политическим интересам. В эпоху, когда выборы проходят под влиянием цифрового дискурса, способность контролировать информацию стала более мощной, чем военная мощь.
Последствия такого использования оружия очень глубоки. Чтобы функционировать как общество, люди полагаются на общие реалии. Когда границы между фактами и вымыслом стираются, начинают рушиться сами основы демократии, общественного доверия и коллективных действий. Дезинформация подпитывает теории заговора, искажает ответные меры общественного здравоохранения и способствует формированию атмосферы цинизма и апатии. Пандемия COVID-19 стала ярким примером того, как дезинформация может иметь последствия для жизни и смерти. Ложные утверждения о вакцинах, сфабрикованные способы лечения и отрицающие факты распространяются как лесной пожар, подрывая усилия общественного здравоохранения и способствуя предотвратимым смертям. Здесь гуманистическая перспектива становится актуальной: общественное здоровье, безопасность и благополучие людей зависят от способности общества отделять факты от вымысла. Если эта способность утрачена, то утрачивается и этическая ответственность за защиту человеческой жизни.
Помимо политики и здравоохранения, дезинформация также играет важную роль в экономике и корпоративном влиянии. Компания, занимающаяся добычей ископаемого топлива, потратила десятилетия на запутывание климатической науки, используя вводящие в заблуждение исследования и кампании в СМИ, чтобы отсрочить значимые действия против изменения климата. Фармацевтические компании манипулируют общественным мнением об эффективности и безопасности своей продукции, формируя политику и общественное мнение. Финансовая дезинформация, особенно в сфере криптовалют и спекулятивных инвестиций, вовлекла миллионы людей в принятие экономических решений, основанных на ложных предпосылках, часто с разрушительными последствиями. В каждом из этих случаев использование дезинформации в качестве оружия - это не абстракция, а прямое посягательство на человеческую автономию, нашу способность делать осознанный выбор во все более сложном мире.
Психологический ущерб от постоянного воздействия дезинформации - еще одна грань этого кризиса. Люди не обладают неограниченными когнитивными ресурсами, чтобы обрабатывать и проверять каждое утверждение, с которым они сталкиваются. Современная информационная среда переполнена, и поток противоречивых повествований может привести к усталости от принятия решений, эмоциональному истощению и уходу в идеологический пузырь, где принимается только знакомая, успокаивающая ложь. Это явление усугубляется поляризацией медиаэкосистем, когда люди потребляют только ту информацию, которая подкрепляет их существующие убеждения. В результате возникает фрагментированное общество, где консенсус даже по самым элементарным фактам становится невозможным. Общество, которое не может договориться о реальности, не может решать коллективные проблемы, оно может только погрузиться в еще больший раскол, недоверие и дисфункцию.
Развитие искусственного интеллекта и технологии deepfake добавляет еще один слой к проблеме. Генерируемый искусственным интеллектом контент достиг такого уровня, что его практически невозможно отличить от реальности. Видеоролики могут быть сфабрикованы так, чтобы показать, как мировые лидеры говорят то, что они никогда не говорили, фотографии могут быть изменены, чтобы переписать историю, а целые личности могут быть созданы для массового распространения дезинформации. Этот технологический прогресс угрожает не только журналистике и управлению, но и самой концепции исторической и эмпирической правды. Если все можно подделать, то ничего нельзя проверить, и в этом вакууме уверенности побеждает самая убедительная ложь.