— Не ищите лёгких путей, мистер Мерфи, — посмотрев на студента поверх очков, назидательным тоном заметила МакГонагалл. — Все их проверили задолго до вашего рождения, уж можете не сомневаться. И ещё перепроверили те, кто не слушал своих учителей… Магия — могущественный инструмент. Но не всесильный даже в руках самых великих волшебников. Законы природы распространяются и на волшебство, на трансфигурацию в том числе. Одни можно обойти, другие — нарушить, но их нельзя игнорировать. Гранитная решетка будет слишком хрупкой и, скорее всего, просто расколется под весом существа, которое вы пытаетесь удержать, тогда как стальная бы выдержала напряжение. Сетка из гранита, боюсь, может и вовсе рассыпаться под собственным весом — сама структура камня не предназначена для создания подобных ажурных конструкций, а тем более она не сможет при ударе спружинить и поглотить часть энергии. Верно и обратное — если превратить плюшевое кресло в стальное, чтобы укрыться от опасности, то оно, скорее всего, раньше банально проломит пол под собственным весом. А если превратите дубовый стол в надувной, чтобы легче было перенести в другой дом, он ведь может и лопнуть по пути с соответствующими последствиями. Ничто в этом мире не берётся из ниоткуда, каждая вещь — имеет свою историю, предназначение, подобранные создателем характеристики. Этот замок проектировали и затем перестраивали множество архитекторов за десять столетий. Нельзя, к примеру, взять и превратить вон ту стену в стекло, не получив последствий — вплоть до того, что может обрушиться вовнутрь крыша зала и этажи над ней, когда распределение веса в конструкции перестанет быть равномерным, каким оно задумано.
— Это ведь справедливо и для созданных магией предметов, для материализации? — уточнил очевидное Кайнетт. — Нельзя создать то, что не может работать. Нельзя создать стол из паутины и надеяться, что он тут же не сложится под собственным весом?
— Именно так. Поэтому же невозможно просто «наколдовать» магические предметы. Только сделать из реальных материалов. Более того, нельзя создать и просто то, чего не знаешь, даже если подобный объект существует в реальном мире. Волшебник не сможет превратить чернильницу в кипрегель или же в астролябию, если он никогда не видел этих инструментов и не знает, как они выглядят, хотя бы по рисункам.
— И отсюда ещё один вопрос, — подвёл маг к главной теме. — Если материализация и базовая трансфигурация подчиняются одним правилам, почему заклинания «Финита» и «Протего» действуют на созданные магией предметы, либо на подвергшиеся прямому заклинанию, но не на изменённые трансфигурацией? Если мы используем «Финиту», к примеру, на созданное магией кресло — кресло исчезнет. А если на кусок бетона, трансфигурированный в кресло — ничего не произойдёт.
— Это уже не уровень учебника для начинающих, подробно я расскажу вам об этом на третьем курсе. Однако дабы утолить любопытство, в двух словах. Это разный уровень воздействия. Скажем, так многими любимый «Орхидеус» всего лишь создаёт букет цветов из чистой магии, — объяснила она, движением палочки создав с дюжину белых орхидей и затем положив их на свой стол. — Просто удобно и так же легко отменить. А вот чтобы превратить, допустим, этот глобус в букет цветов, вам понадобится формула. Которая учтет и форму, и размер, и вес исходного и получаемого объектов, прежде чем магия позволит сотворить превращение, — профессор сделала паузу, затем сложным движением, но опять не произнося ни слова, превратила глобус в почти идентичный букет. Положила его рядом с первым, сказав: — В каком-то роде, пусть и ненадолго, но это почти настоящие цветы. Их существование нельзя просто «отменить», пока действует заклинание изменения. Поэтому даже специальные чары «Репарифарго» не отменяют превращение в прямом смысле слова, а фактически проводят его в обратную сторону — поэтому они настолько сложные и отнимают так много сил. И поэтому не пытайтесь использовать их до третьего курса. Теперь всё понятно?
— Благодарю вас, профессор. Я узнал всё, что хотел.
— В таком случае не отвлекайте тех, кто пока не справился с сегодняшним заданием.
— Как скажете, мэм.
Разумеется, любопытство Арчибальда было отнюдь не праздным. И не просто способом продемонстрировать свой интерес к дисциплине, хотя и это имело место. Но сейчас куда важнее оценить возможности, а главное — желание волшебников к изменению материи в рамках решения своих задач. Оценить их способ мышления. Полное превращение давало множество возможностей, но вместе с тем ограничивалось реальными объектами, а также требовало немало времени. Неполная трансфигурация несла элемент непредсказуемости, особенно в случаях, когда изменяемый предмет ещё понадобится после завершения действия мистерии, а вот в плане разрушительного потенциала перспективы открывались здесь весьма широкие.
