Нимфадора промолчала. К сожалению, Джеймс был по большей части прав. Пока всего сказанного недостаточно, даже если второкурсники смогут попасть в Отдел правопорядка в Министерстве (раз уж один из них — сын начальника целой секции этого отдела, тем более, сейчас популярной и оказавшейся на слуху), всерьез их не воспримут и охрану или тем более репетиторов, конечно, не предоставят. В лучшем случае, пошлют даже не проверяющего, а запрос в школу о расследовании, который директор сразу отклонит. Ещё можно действовать через Попечительский совет, но возглавляет его Люциус Малфой, а трио «победитель тёмного лорда, предатель крови и грязнокровка» для него просто убойная комбинация, как наступить на все больные мозоли сразу — он им не то что не поможет, а ещё сам попытается из школы вышвырнуть. Что остаётся? Попросить помощи самой, в частном порядке? Скримджер или Кингсли не поверят, да и влезать в подобные «детские игры» не станут. Аластор с его паранойей согласится более чем охотно, но его к двенадцатилетним детям и на милю подпускать нельзя, поскольку в вопросе тренировок чувство меры старому аврору всегда отказывало напрочь, и он их безо всяких злодеев загоняет до смерти. В итоге иных вариантов-то и нет. Конечно, она может просто отказаться от всего, вот только если и впрямь развернута травля, если Поттера пытаются достать за дела его родителей или отомстить за родственников, всё потерявших с падением Всем-понятно-кого? А она могла бы чем-то помочь, но тоже лишь умыла руки, как и остальные. Как это делали взрослые в её школьные годы…
— Я могу показать основы, даже не из аврорской программы, а просто со старших курсов. Но ничего опасного, и тем более никакой темной магии, даже для примера.
— Этого уже более чем достаточно, — благодарно кивнул Кайнетт. На самом деле, особого дела до чужих проблем ему не было, разве что превращение Грейнджер в изгоя могло довольно негативно сказаться на репутации её «ученика». Однако у него появился шанс познакомиться хотя бы с азами местной боевой магии, изложенными будущим специалистом по охоте за преступниками и ренегатами. А это предполагает совсем иной уровень, чем волшебники, с которыми он уже встречался в бою раньше — тупые маргиналы и молодой наследник аристократов, не понимающий, куда он влез, и не готовый к настоящему сражению. В общем, грех было упускать такой шанс, отсюда все попытки устроить это обучение.
— В крайнем случае, я хотя бы хочу с ними поговорить. Возможно, эта Грейнджер просто сгущает краски в своём письме? Или относится к обычным шалостям чересчур серьёзно.
— Я бы сам хотел, чтобы это было так. Мне через год туда поступать, и оказаться в ситуации, когда меня полумертвого утром найдут под лестницей… опять, я не горю желанием.
— Поверь, я тебя отлично понимаю. Значит, решено. Два-три урока на каникулах, лишь основы и упор на защитную магию. Но нам понадобится место для занятий, где можно колдовать несовершеннолетним.
— Уже есть один вариант. Самое главное, что вы согласились помочь. Всё остальное уже детали, с которыми можно разобраться. Вы — прекрасный человек, миледи Тонкс. Уверен, из вас получится первоклассный аврор. Да, я надеюсь, мне можно будет там поприсутствовать? Просто в ознакомительных целях, что-то у меня возникло чувство, что через год подобные навыки могут пригодиться.
— Риктусемпра!
— Экспеллиармус!
— Инкарцеро!
— Финита.
Со стороны это выглядело красиво. Разноцветные лучи заклинаний, особенно яркие на фоне белого поля, били с трёх сторон в одну цель, рикошетили от вспыхивающих в воздухе полупрозрачных щитов, рассыпались, встречаясь с летящими навстречу алыми искрами, проносились мимо, порой подбрасывая в воздух целые горы снега. Тонкс крутилась практически на одном месте, на площадке радиусом в два-три шага, перемещаясь по ней туда и сюда, и казалось, она куда больше опасается запутаться в тяжелом зимнем плаще, чем попасть под одно из множества летящих к ней заклинаний. Курсантка аврората сразу заявила, что будет пользоваться в этом «бою» лишь тремя заклинаниями: «Импервиус», щит от стихий, она сразу наложила на свой плащ, так что до неё не долетал поднятый промахами и рикошетами снег, а также резкие порывы ветра; «Финиту», контр-заклинание, порой бросала в ответ, разрушая им ещё в полёте самые медленные «выстрелы» соперников; «Протего», стандартный щит от магии, она творила без слов, постоянно подвешивая перед собой по три-четыре небольших барьера, либо объединяя их в один сплошной.
