— Она одна пошла туда в этот раз. Говорит, нужно мантию подогнать, стала мала за полгода — и не хочет, чтобы я её смущал, — затем, сделав паузу, он добавил: — Оно всё так, только вот скажи — у вас в школе ничего опасного не случалось? Миона в сентябре писала, что хочет остаться в школе на каникулах, а потом вдруг передумала и вот, приехала. Ещё и сказала, что ей экзамены перенесли.
— Она просто перенапряглась, чересчур увлеклась и потратила много сил, потому ей запрещены… скажем так, практические занятия до следующего семестра. Здоровью её ничего не угрожает, в лазарете всё проверили, — заверил Кайнетт. В принципе, сказанное было правдой. — Такое случается иногда у нас — примерно, как потянуть мышцы на тренировках. Она слишком старается временами.
— Я знаю. Всегда так было, — вздохнув, согласился Томас Грейнджер. — Я ещё с младшей школы боялся, что она себе к шестнадцати зрение совсем испортит, читая по ночам, потому что не может остановиться и сделать перерыв, а теперь оно вот как получилось с вашей ма…
— Мистер Грейнджер, — быстро перебил его Кайнетт, оглядываясь по сторонам.
— Да, понял, — ответил тот, покачав головой. — В общем, она на каникулах опять обложилась книгами и из дому почти не выходит. Для Мионы это даже нормально, да только я среди них видел сразу несколько справочников по фехтованию. Потому я и спрашиваю: у вас там точно ничего не произошло?
— Ничего слишком важного. А насчёт фехтования — это просто тренировка. Ей объяснили, что одних книг и знаний мало, если просто выносливости и дыхания на упражнения не хватает. А фехтование хорошо развивает пальцы и кисть, — маг сделал несколько движений, имитируя жесты палочкой. — Учителя говорят, что это полезно. Всем советуют, но мало кто берётся.
— Ты тоже этим занимался?
— Меньше, чем хотелось бы. Уроков много, времени не хватает. Не волнуйтесь, мистер Грейнджер, она в школе тоже большую часть времени сидит в библиотеке. Некоторые даже говорят, что слишком много, вот и результат.
— Да, это на неё похоже. Спасибо, Джеймс, ты меня даже успокоил. Всё-таки я волнуюсь. Будут свои дети — поймешь, что это такое. Вы там с остальными за ней присмотрите, хорошо? Раз уж она не может учиться в обычной школе.
— Разумеется, сэр. Я бы тоже не хотел, чтобы с ней что-нибудь случилось.
— Ладно, извини, я отвлекаю, а тебя там, похоже, уже заждались, — он кивнул на стоящего в стороне Альберта и остальных.
— Ничего, мы не слишком спешим.
— И насчёт нашего разговора…
— Я понимаю, знать о нём никому не требуется. Не беспокойтесь, мистер Грейнджер.
В самом магическом квартале Арчибальд по большей части молчал, предоставив возможность просвещать новичка Лливелину, уже успевшему достать и накинуть поверх своей одежды тёмную мантию без каких-либо гербов или отделки. Тот с гордым видом пересказывал основы правил поведения, объяснял традиции волшебников одеваться старомодно, указывал где расположены банк, аптеки, лавки, в общем излагал всё то, что ему как-то говорил сам Кайнетт. Маг не был уверен, что ребёнок запомнит и треть — он постоянно крутил головой по сторонам, удивляясь пролетающим над головой совам, странным товарам в витринах и причудливым нарядам окружающих. Стоит отдать должное, произвести впечатление на неофита у магической Британии действительно получалось. Тем более, что сейчас вся аллея была разукрашена гирляндами, огнями, ветвями омелы и тому подобной праздничной мишурой, а над почти всеми лавками и магазинами висели огненные или иллюзорные надписи, уведомляющие о больших скидках. В разговор Кайнетт вмешивался всего пару раз, когда ученик не смог найтись с ответом на один из множества вопросов, которые у Кенни, кажется, просто не заканчивались. Альберт же просто оглядывался по сторонам, но молчал. Хотя насколько маг знал, несмотря на больший опыт работы с волшебным миром, здесь контрабандист и торговец магическими товарами оказался впервые.
— Джим? — окликнули его вновь.
— Да? — вздохнув, маг повернулся на голос. — Луна?
— А кто это с тобой? — поинтересовалась юная ведьма, внимательно разглядывая Кенни. На ней был тяжелый зимний плащ, похожий на тот, в котором Тонкс показывала им защитную магию год назад. Должно быть, на Лавгуд произвёл сильное впечатление стиль Нимфадоры. Свою палочку Луна просто крутила в пальцах, словно это был карандаш, а не мистический знак, определяющий само положение волшебника в обществе.
— Будущее пополнение. Первый визит, объясняю самые основы.
— Какая прелесть! Как тебя зовут, мальчик?
— Кеннет, мисс… — растерявшись, пробормотал тот.
— Луна, просто Луна, — ответила она. Затем добавила: — Или Геката. Или Исида. Как больше нравится. Кеннет, а Джим тебе уже говорил про морщерогих кизляков?
— Э-э-э, про кого?..
— Ясно. Обещаю, они тебе понравятся, сейчас я всё подробно расскажу, — уверенно заявила она, беря ребёнка за руку и увлекая за собой.
— Джеймс? — позвал слегка ошарашенный таким появлением Альберт. — А такое вообще нормально?
