– Если ты хочешь, если ты хочешь… Ты можешь… – Аня пытается что-то сказать. – У нее же быстро осветлится. У нее же натуральный цвет теплый. Ей не надо там долго, хуе-мое…
– Может прядями? – предлагаю я.
– Прядями! Да. Не целиком.
– Просто чуть-чуть.
– Омбре…
– Да, знаете, как омбре, я хотела… типа вот сюда, – Нюта берет прядь волос и вытягивает их, поводя по ней пальцами. – Растяжку вот до сюда, – показывает она границу.
– Пониже, – говорю я.
Она опускает пальцы.
– Так?
– Вот так вот да, да.
– А может сюда, – они поднимает пальцы до середины пряди.
– Ту мач, – говорю я.
– Если что-то пойдет не так – тупо можешь их обрезать, – говорит Аня.
– Вообще, – говорит Нюта, придвигая к себе тарелку с роллами. – Вообще-то я хотела в 30 лет подстричься. Это я в молодости хотела, когда мне было 18…
Палочками макнув ролл в соевый соус и засунув его в рот, она продолжает:
– …ммм. Я думала… Я думала, ну, в 30 лет все уже старухи. Мне в 18 казалось. Что типа 30 лет это уже старость. Это я щас… ну, вы вспомните себя.
Мы киваем.
– Я думала, что с длинными волосами я уже типа не смогу, – завершает Нюта.
– Серьезно, – с улыбкой говорю я. – Я вот помню, когда Аня сказала мне типа: это этикет старых людей.
– Да? – спрашивает Аня. – Не помню такого что-то блин. Но вообще может быть. На меня похоже, – вздыхает она.
– Дату перенесем. В 40 лет надо стричься, – смеется Нюта.
– Кстати, Аня, когда ты делала… – начинаю я.
– Год наверное прошло, – Аня понимает с полуслова. – Я прошлый раз кератинилась на майских праздниках.
– Знаете, почему мне кажется, что 30 лет, в детстве точнее казалось, что тридцать лет – это взрослый возраст? – продолжает Нюта.
– Ну.
– Потому что… – она прожевывает и глотает очередной ролл. – Потому что у меня… Мне было 12 и помню маму, которой тогда было 36 и она типа родила меня в 24, понимаете, а мне 12 и она для меня была настолько взрослым человеком, она за мной ухаживала, она столько пережила. И мне казалось поэтому, что и в 30 лет уже пиздец взрослые. Аня, подольешь мне? – она указывает палочкой на соус.
– Прикиньте у нас бы дети были? – Аня подливает ей соус.
– Пиздец…
– Как бы я пила виски с колой?
– Как бы мы собирались?
– Я не знаю, как этих пиздюков… я сейчас не хочу ничего. Животных… Собака это пиздец, кошка это блять пиздец. Нафиг вообще кого-то иметь в своей жизни.
Мы согласно киваем.
– Так что мы все старородящие, – заключает Нюта.
– У нас дети будут дебилами, – смеется Аня.
– Их проблемы, – я пожимаю плечами, тоже смеясь.
– А вы знаете про ЭКО? – спрашивает Нюта. – Это просто тотальный вообще уровень контроля. Там делают несколько типа эмбрионов из биоматериала. Оценивают по пятибалльной шкале. Выбирают самых типа классненьких.
– Вроде их блин можно заморозить на дохрена лет, – говорю я.
– Можно заморозить. Потом подсадить кому-нибудь, типа суррогатной матери, себе…
– Прикиньте. Если есть какие-то генетические заболевания, которые передаются через какой-то пол… – читаю я, погуглив. – …можно выбрать пол.
– Можно сразу двух, сразу трех, – говорит Нюта.
– Есть же такая история, что типа они не приживаются, – говорит Аня.
– Такой риск есть. И тебе подсадят и ты типа можешь тройню родить, а можешь вообще не родить и все по пизде пойдет.
– А почему тройню? Если одного подсадить, то тройни точно не будет, – говорю я.
– Нет. Тебе подсаживают три эмбриона все равно, но кто-то из них не выживает.
– Ужас какой, – говорю я. – «Чужой». Видели рекламу каких-то эмбриональных центров для богатых?
– Да-да. Точно. Я за!
– Дети будут выращиваться в таких… боксах, – продолжаю я.
– Давно пора. Я не хочу этой хуйней заниматься. Это средневековье какое-то, – говорит Аня.
– Я хочу, чтоб из меня забрали. Сунули кому-то, – говорит Нюта, облизывая соевый соус с палочки.
– Ладно, девочки. Хорошо с вами, но я поеду, – говорю я, собираясь домой, трубочкой вытягивая последние капли коктейля со дна бокала.
– Вечер и огни, ей пора туда, в океан любви, где она звезда, – напевает Нюта, смеясь.
Я думала, что на Бали не стоит ехать за морем и там нет красивых пляжей, но это оказалось совсем не так. Здесь прекрасные пляжи. Есть с желтым, серым, черным песком. Есть райские пляжи с белым песком и лазурной водой. Проблема в том, что их надо искать не в Нуса-Дуа и точно не на Куте – куда едут большинство наших туристов. Мы тоже хотели отправиться туда, но вовремя одумались, внимательно почитав отзывы наших. ЛВМЖ рад – он тоже не хочет сталкиваться с соотечественниками на этом райском острове.
