i 6234701ee4fe54f3 полностью

ры. И сами видите, насколько мы не совпали — в тридцать

раз. Из этого можно заключить, что эксперты ничего не те-

ряли, а просто понятия не имели, каков рынок на самом деле.

Только, боюсь, и эта версия, будто эксперты пребывали в не-

ведении, не выдерживает критики. В действительности люди,

занятые национальными стратегиями, знают, что почем, по

крайней мере, хочется думать, что это так. Они в курсе семиз-

начных (долларовых) гонораров брендовых бизнес-консалте-

ров, типа PricewaterhouseCoopers и Ernst&Young, и понимают,

за какого объема и содержания работы платятся эти деньги.

Поэтому в своих заказах вырабатывают приблизительно на

столько, на сколько готов оплачивать клиент (госзаказчик).

А что продукт не того качества, чтобы им руководствовать-

ся на деле, — это ничья вина. Такой у нас сложился консенсус,

и никто, включая распорядителя бюджетов на экспертизу, не

обманут и не питает иллюзий.

Я не раз слышал от коллег, не допущенных к закромам,

и убеждался на своем опыте, насколько радикально может

расходиться запрос на деньги со стороны потенциального ис-

полнителя с готовностью платить за его работу. Мне и само-

му доводилось, переговаривая время от времени с интересан-

тами стратегий, озадачить их вопросом: «Вы платить собира-

етесь?» В ответ следовало недоуменное пожимание плечами:

«Сколько-нибудь заплатим, а сколько надо?» Следуя логике

одного процента (и это не считая рутины!) и на всякий слу-

170

Часть 3. примеры недостающих клубов

чай урезая запрос в два-три раза относительно того, что по-

хорошему требовалось, я озвучивал сумму, к примеру, 10 мил-

лионов долларов за проработку культурной политики (тако-

вая у нас, как известно, отсутствует). А в ответ было: «Ну,

может, столько-то миллионов рублей найдется». Коллеги, это

ерунда абсолютная. Почему не заплатить за умную постано-

вочную часть работы один процент того, что непременно по-

теряешь, ввязавшись в нее без плана? Ведь уже теряли, и не

раз, на многочисленных нестыковках, затяжках, переделках!

Да на выпуск одного лекарства тратят в сто раз больше, чем

мы — на все проектирование реформы здравоохранения!

Но оставим фельетонный тон. Попробуем понять, как вы-

шло, что баланс спроса и предложения установился на столь

неэффективном уровне. Понятно, что государство не знает,

кому доверить большие средства на работу, и чтобы можно

было спросить. Оно вообще не доверяет экспертам. Понятно,

что у него есть собственные учреждения, в которых люди по-

лучают зарплату за подобную работу, и дела не меняет, что это

не того уровня люди. Где-то государство осознает, что не смо-

жет на деле следовать рекомендациям по политическим отво-

дам, и не финансирует то, что заведомо отправится на полку.

А по большей части оно само приложило руку к создавшейся

ситуации. Экспертам слишком долго не платили нормальных

гонораров, и в какой-то момент стало некому платить, даже

если бы такое желание вдруг возникло.

Боюсь, в этом и состоял умысел — раздергать специали-

стов по мелким частным подработкам, чтобы ни на что дру-

гое не оставалось пороху. В итоге в стране отсутствует как

институциональная инфраструктура, так и интеллектуаль-

ная база для производства экспертизы и для полного цикла

проектирования стратегий. На крайний случай еще остались

люди, способные сказать что-то из головы и уберечь от роко-

глава 3.2. Экспертное сообщество как несостоявшийся клуб

171

вых ошибок. Но если такой экспресс-консалтинг как-то рабо-

тает на самосохранение, то преобразованиям он служит пло-

хую службу, порождая иллюзию решения. У нас превалирует

именно практика частных консультаций высокопоставлен-

ных государственных мужей с авторитетными в их глазах спе-

циалистами, когда вместо фундированной позиции выдаются

суждения. Тактически это выгодно, а стратегически — губи-

тельно. И не только для объекта скороспелых недоношенных

проектов инноваций — для социума, но и для профессиональ-

ной самореализации экспертов.

Потому что если за совет не заплачены реальные деньги,

то и отношение к нему соответствующее: хочешь — следуй,

хочешь — нет65. А хуже того, когда части рекомендаций следу-

ют, а частью пренебрегают. Безусловно, окончательное пра-

во принятия решения всегда за политиком. Но и у эксперта

могут быть кое-какие права. Если тебя методично перевира-

ют, зачем продолжать советовать? Согласно копирайту, у ав-

тора есть право на то, чтобы его произведения публиковались

именно в том виде, в каком он их задумал, — это моральное

право охраняется наравне с материальным. И если, к приме-

ру, архитектор спроектировал дом, а его построили с усек-

новениями всяческих «излишеств» (к чему обычно тяготеют

строители), то он вправе отозвать свое авторство. А в маши-

65 По словам одного знающего человека, «приглашение независимых экспер-

тов можно назвать одной фразой: царь и бояре решили позвать скоморохов. Все клю-