До конца мая я продолжала ходить к психологу, и мы с Полиной уже начали замечать у меня улучшения. Мне становилось гораздо легче, случались дни, когда я была рада своим отёкам, пухлому животу и ногам. Меня удивляло это. Я говорила: «Полина, но я ведь даже ничего такого не делаю! Я просто хожу к тебе раз в неделю!» – до сих пор толком не понимаю, что же я делала особенного, что выкарабкалась из ямы самоненависти и неприятия.
Сейчас я вспоминаю весну 2016 года с теплотой: тогда я чувствовала, что та весна – начало моей новой жизни. Да, новой! Как будто ты заново родился, но только тебе сразу 23 года. Я начинала смотреть на всё по-другому. Каждый день мне помогал Мишка, который радостно обнимал меня и был счастлив со мной играть, причём неважно, как я была одета, сколько весила и что ела.
Я знала, что всё делаю правильно и дойду до конца, потому что это возможно. Люди проходят рекавери и живут счастливо. И я пройду тоже!
Я не раз уже получала ответ от людей «Да, это так», если начинала с ними говорить о том, что ОРПП подавляет чувства, ощущения. При активном ОРПП я была вечно злой и недовольной. Доедала ли я? Конечно: идеальное КБЖУ и количество калорий в день. Но в действительности я не хотела салат с курицей вечером или кашу на молоководе (молоко + вода) утром. Я просто свято поверила в то, что это моя панацея.
Психолог: идеально то КБЖУ, которое позволило вам утром встать и улыбнуться новому дню. Которое позволило вам выйти на полчаса пораньше, чтобы прогуляться. Которое позволило вам со спокойной душой перевести будильник на десять минут попозже – вы не опоздаете. Которое позволило вам после работы встретиться с друзьями. Которое позволило вам сосредоточиться на занятии. Которое позволило вам обнять маму, погладить собаку, увидеть красивый закат и помочь старушке поднять сумку по лестнице. Такое КБЖУ невозможно посчитать – тело знает его само.
Всё было видно по моему состоянию. Я, как злая собака, рычала и гавкала на всех: «У меня плохой настрой, но я не знаю, почему – просто так! Отстань!!», «Не знаю, чему ты радуешься, вообще же ничего такого не произошло?!», «У меня у одной пятёрка за сложный экзамен. Что тут такого-то? Плевать!», «Ты сделал/купил N? Ага, классно. А чё радуешься-то так сильно?», «У неё новое платье? Ну да, красиво, но вслух не скажу, прямо ей это надо».
В период ОРПП мои отношения с людьми начинали портиться, ухудшаться, «замерзать». Некоторые предпочли вообще меня оставить.
Главное для меня было поесть «по плану» и чтобы я выглядела «как дистрофичный мальчик»: нет груди, попы, руки-ветки, ноги-палочки. Я до сих пор люблю образ такого «мальчика» – не на себе, так на других, но он теперь стоит точно не под номером 1. В дальнейшем я планирую «задвигать» его ещё дальше.
