Я на автомате впихивала в себя еду, хотя мне было уже тяжело. Я купила ферменты для пищеварения и глотала таблетки по 3—4 штуки за 1 приём 100 раз на дню. Это помогало мне чуть быстрее усвоить съеденное и продолжать жевать сладости non-stop.
Что я показала в «Instagram» в тот день? Фотографию, где я со слойкой, написав, что это мой читмил. Это была ложь: я ела тысячи калорий в тот день. Очень много. Как только я чувствовала, что в желудке освобождалось место, я неслась за очередной порцией «запретной» еды.
Когда мы добрались до места, на дачном участке мы находились с отцом на жаре: я помогала ему с виноградом, мы его подвязывали. Я помню, что во мне было очень много сладкого. Голова у меня нагрелась на солнце, мне стало очень плохо. Я села на стул и готова была умереть: тошнота, слабость, какое-то помутнение.
Я жалела, что проживаю этот день. Я ругала себя и ненавидела за слабость и безволие. Отец тоже в этот день ел много, но ему было всё равно. Я же металась и убивалась, глотая ферменты, и затем ела, ела, ела. Я ела каждый час примерно по тысяче калорий.
Мы собрались домой. Еды, конечно, ещё было навалом. Я села в машину на переднее сидение рядом с папой и снова начала есть. Я хватала всё подряд. Я продолжала впихивать в себя еду рукой. Отец косился на меня, когда я, как в бешенстве, вгрызлась в кунжутный козинак. «Но ведь день уже заканчивается, а еда остаётся. Мне нужно её доесть!» Мой живот был, как огромный шар.
Я всё ещё жаловалась Андрею в смс, что я ем и ем. Он, естественно, радовался, а я готова была умереть.
Мы приехали домой, и отец купил мороженое. Знаете, ванночку такую. Я налила в неё сиропа. Я съела ложек 5—7, и поняла, что, если я съем ещё одну, меня стошнит прямо на пол. Я резко остановилась и не ела до следующего дня.
Утром после такого я не хотела есть, в меня влезло только яблоко. В желудке всё «колом встало»: он не умел переваривать подобные количества пищи, и сам организм был в шоке от произошедшего. Я поднялась с ощущением того, будто я проснулась после страшной алкогольной попойки. Честно. Морально мне было невыносимо плохо. Как говорит отец: «На душе как будто кошки нагадили».
Съела я яблоко и что дальше сделала? Конечно, тренировалась 2 часа! И на следующий день. И ещё на следующий. И ещё. «Незачем было объедаться!»
У меня в «Instagram» так и «лежит» та фотография со слойкой в зубах, где я как будто такая счастливая. Но тот день таким не был.
