- За два года мне пришлось хорошо узнать всю систему советского школьного образования - выпускающей совершенно безграмотных юношей и девиц, не способных даже правильно выражать свои мысли - ни письменно, ни устно. А от их познаний в точных науках – прямо и не знаешь – смеяться или плакать.
- Увы, но пока мы плодим потерянное поколение…, - печально кивнув я и, продолжил в более мажорном тоне, - однако, свет в тоннеле уже виден: пришедший на смену старому потаскуну Луначарскому новый Нарком просвещения РСФСР Бонч-Бруевич, собирается вернуть образование к классической немецкой школе.
Как уже говорил: вступив в «новой реальности» на должность Наркомом просвещения, Бонч-Бруевич тут же стал приводить советское образование в божеский вид – первым делом подняв зарплату учителям, вторым делом изгнав из него всяких экспериментаторов со своими «планами Дальтона», публично объявив эти затеи вредными. В школах обоих ступеней стала насаждаться дисциплина, а среди приоритетов – усвоение учебного материала, а не политически-общественная деятельность.
Взял он под особый контроль и мой проект «Поколение Next» - воспитание детей по методу супругов Никитиных, ныне идущий полным ходом в Ульяновске и уже приносящий вполне зримые результаты. Самые старшие детишки из всей группы, по умственному развитию превосходят большинство выпускников трудовой школы второй ступени и даже некоторых рабфаковцев – направленных в ВУЗы по комсомольской путёвке.
Но, конечно же процесс хоть и пошёл - находится в самом своём начале, встречая ожесточённое сопротивление со стороны отдельных упоротых…
Это ломать легко, просто и временами даже весело!
А восстанавливать и создавать – неимоверно тяжело и максимально сложно.
Не знаю, чем кончится эксперимент (эх, прожить бы ещё лет десять, а лучше – двадцать), но хотя бы раньше чем «в реале» на три-четыре года у нас наконец начнут готовить специалистов, а не создавать нового – «коммунистического человека»…
И то хлеб, согласны?
Однако, как будто не расслышав мои слова, Владимир Николаевич принялся «хрустеть французской булкой»:
- Все похвалы новому направлению в учебе, которые распространяли повсюду большевики - совершенно не отвечают действительности и не выдерживают никакой серьезной критики. Только одни подлизы могут защищать большевистскую систему образования, которая в глазах настоящих педагогов не выдерживали никакой серьезной критики.
Не люблю огульного охаивания, тем более в таких категоричных тонах, поэтому возражаю:
- Зато, в отличии от дореволюционного, образование стало массовым и доступным абсолютно всем слоям населения.
Профессор, завёлся пуще прежнего:
- Утверждение большевиков, что среднее и высшее образование - было доступно в царское время только для высших классов, совершенно ложно! Я учился в гимназии, в которой на одной лавке рядом со мной сидели Мочалов - сын торговца рыбой и граф Салтыков. Дворян в нашей гимназии было менее половины, а остальные были разночинцы. В XI классической гимназии в Петербурге на Выборгской стороне, в которой учились все три мои сына - из около четырёхсот учеников, было не более пяти процентов потомственных и личных дворян, остальные - были детьми, главным образом, мелких торговцев, швейцаров, рабочих… Десятая часть учеников была освобождена от платы, а все остальные за свое образование платили порядком шестидесяти рублей в год.
- Таких примеров можно было привести сколько угодно, и говорить, что сын крестьянина или рабочего не мог учиться в средней школе или в университете, это явная ложь! Известный химик-органик Коновалов, ученик Марковникова, был сыном крестьянина и до поступления в Университет - служил половым в трактире в Ярославле.
Я довольно скептически хмыкнув, парировал:
- Вы ещё мне про Ломоносова напомните, Владимир Николаевич! Капля дёгтя способна испортить бочку мёда, но вот капля мёда превратить бочку дёгтя в мёд – никогда! Если вашими устами – всё было так хорошо, то почему в итоге - так плохо всё получилось? Почему получившие хоть какое-то образование, предпочитали свалить куда подальше из вашего самодержавного рая, а оставшиеся – не работать на благо Отечества, а подтачивать его изнутри, став революционерами?
Тот, энергично возражает:
- Каждому гражданину царской России предоставлялась возможность выбирать себе работу по своему желанию и ее выполнять там, где он найдет это наиболее для себя удачным. Царское правительство было убеждено, что уход некоторых деятелей заграницу не представляет большой опасности, так как всегда находилось много способных иностранцев, готовых идти на работу в Россию, ввиду благоприятных условий жизни в нашем отечестве.
Не лезу за словом в карман и я:
