- …Особо больше внимание в моём плане было уделено развитию промышленности связанного азота. «Только тогда спокойно умру, — говорил я тогда членам Советского правительства, — когда осуществится у нас проблема связанного азота».
Получилось несколько излишне пафосно, но от всего сердца.
- В Президиуме ВСНХ мной был возбужден вопрос о необходимости установить производство у нас кальций цианамида – азотного удобрения для сельского хозяйства. Во время войны же, из этого вещества легко можно будет получать аммиак, который при окислении будет давать азотную кислоту, необходимую для изготовления взрывчатых веществ.
- Мое предложение приняли и, Президиумом ВСНХ было постановлено, чтобы я поехал заграницу и осмотрел различные установки производства цианамида кальция и выбрал бы наиболее для нас подходящую.
- После посещения предприятий Германии и Франции и переговоров с их владельцами и инженерами, мной был выбран способ производства кальций цианамида, а затем – аммиака из него, по способу итальянца Казале. После моего приезда обратно в Москву и доклада в Правительстве, наши инженеры ездили в Италию на завод аммиака Казалле, чтобы изучить во всех деталях каталитический синтез аммиака, а также сделать заказ первой установки для получения этих двух веществ. Дальнейшее ознакомление с процессом синтеза аммиака по этому методу подтвердило, что наш выбор вполне правилен и, что мы вскоре получим возможность производить в СССР эти важнейшие химические продукты - необходимые как для обороны страны, так и для земледелия.
- Однако, потом случилось что-то невероятное и необъяснимое! Буквально накануне подписания контракта с представителями фирмы Казале, меня вызвали в Совнарком… Для чего думаете?
С самым серьёзным видом делаю первое, пришедшее на ум предположение:
- Думаю, что для награждения Орденом Красного Знамени за заслуги перед Отечеством.
После моих слов профессор очень долго ржал, да так, что я уже подумал, что у него истерика и, хотел уж было бежать к Надежде Константиновне за нашатырём. Наконец, вытерев платком выступившие слёзы, он меня разуверил:
- Для дачи показаний!
Широко раскрыв очи, я ахнул:
- На Вас было возбужденно дело?!
- К счастью до этого не дошло. В присутствии всех членов Советского правительства, чувствуя себя нашкодившим гимназистом, я ещё раз подробно рассказал крайнюю необходимость иметь собственное производство синтетического аммиака и азотной кислоты и, очень подробно объяснил - почему остановил свой выбор на заказе оборудования по способу Казале, не забыв в деталях нарисовал всю картину моих заграничных мытарств. Также я не забыл напомнить, что окончательное решение о подписании контракта в Риме было дано «Главным Концессионным Комитетом» во главе с Троцким, с которым охотно готов разделить полную ответственность за все последствия.
- В ответ, Председатель Совнаркома Рыков пояснил, что контракт, подписанный в Риме - не может быть утвержден Совнаркомом в виду фашистского режима в Италии. При напоминании, что по предварительному договору мы должны будем выплатить солидную неустойку, он заявил: «Лучше потерять сотню тысяч долларов, чем быть в руках фашистов»…
Я не преминул с изрядным сарказмом заметить:
- Если бы речь шла не о народных, а его собственных «сотнях тысяч долларов» - Алексей Иванович пел бы другие песни и даже возможно – не итальянско-фашистской державной мове.
- …Вопреки ожидаемому, Троцкий не сказал ни слова в мою защиту, а академик Йоффе - подпевал моим противникам, что никак от него не ожидал. После этого я понял, что моя роль в Президиуме ВСХН закончена и действительно: меня больше ни разу не вызывали для консультаций при принятии важных вопросов.
После услышанного напрашивался вполне логичный вопрос и я его задал:
- Неужели, Советское правительство решило отказаться от собственного производства синтетического аммиака, азотной кислоты и следовательно – производства удобрений и взрывчатых веществ?
- Нет, не отказались! Но решили начать сразу с метода Грабера, для чего с немецкой фирмой «И. Г. Фарбениндустри» всю прошлую осень велись переговоры.
Сказать по правде, ни о каком «Казале» - я и слышать не слыхивал, поэтому с убеждённостью дилетанта спросил:
- Так, какие проблемы? Насколько я разбираюсь в химии – этот метод более прогрессивен.
- Кто Вам такое сказал, Серафим Фёдорович? Процесс Казале отличается тем, что он происходит под давлением 750 атмосфер, между тем, как у Грабера не превосходит двухсот. Выгода применения более высокого давления заключается в том, что необходимая аппаратура для процесса делается более компактной, и аммиак сразу получается в жидком состоянии. Многие инженеры были согласны с моей точкой зрения, но Пятаков - стоявший тогда во главе всей промышленности, не разделял моих убеждений.
Ну, что ж… Пожалуй, он прав: иногда конкурентов топят вместе с имеющейся у них передовой технологией. А то, что этот выбор политизирован – даже без очков видно.
***
Последовал вопрос, так сказать «на засыпку», после которого уже можно переходить непосредственно «к телу»:
