Точно, Брехт вспомнил, что читал в газете про приключения шведа Питера Нордштейна, который при содействии Григория Потемкина открыл первую в России мануфактуру по производству часов. Целая детективная история.
Мастер попался не скаредный и охотно передавал секреты своего ремесла ученикам, преподавая в Академии художеств. Ему удалось подготовить около трех десятков помощников. Мануфактура собирала десять карманных часов в месяц. После смерти Потемкина производство было выкуплено государством и перенесено из белорусской Дубровины в подмосковную Купавну. Ну, а дальше как всегда. Приехали, а там вместо светлых корпусов с центральным отоплением… Голое поле и две землянки. И только начали строить что-то типа конюшни с тонкими дощатыми стенами. И это только начало бед. Именно в это время в Польше вспыхнуло очередное восстание. Часть работников присоединилась к борцам за свободу, поднявшим бунт. Там их и порубали гусары. Нордштейн был вынужден воздвигать производственные помещения силами своих часовых рабочих, нанимая в это время для них дом в Москве. Несколько лучших мастеров умерли во время эпидемии. Несмотря на трудности, Купавинская часовая фабрика в 1796 году работала уже на полную мощность, и продолжала наращивать темпы производства. В 1800 году было изготовлено семьдесят три штуки карманных часов и четверо настенных.
– Сколько стоят? И смотри мне, правильную цену называй!
– Тридцать пять рублей, – выдавил Йона.
– А чуждые сколько стоят, вот эти, например? – Брехт показал на часики чуть поменьше и поизящней. Видно, что корпус делал настоящий ювелир.
– Это работа знаменитого швейцарского ювелира Moзeра. Они стоят сто десять рублей.
– Вот за эту фитюльку ты, Ванька, хочешь с меня сто десять рублей стрясти. Да по тебе Сибирь плачет.
– Восемьдесят. Это будет даже в убыток.
– Оба два давай.
– Что изволит ваше…
– Я говорю, что и те часы – наши русские и эти поганые заграничные возьму за сто рублей.
– Помилуйте, ваше…
– Судья помилует. Или нет. Ладно, Ванюша, с этим делом разобрались, вот тебе ассигнация сторублевая, а теперь скажи мне, как на духу. А ты сам не хочешь построить мануфактуру по производству часов в Санкт-Петербурге?
– Ваше превосходительство – это на серебро сто…
– Ты, Ванюша, брось тут вашествовать. Просил сто рублей, сто получил. Теперь ко второму вопросу перейдем. Хочешь открыть здесь часовой завод? «Заря» назовем.
– Я не умею делать часы, – сник гном, поняв, что наткнулся на Кобольда и больше с него денег не получить.
– Ваня, брось комплексовать. Предложение у меня к тебе есть. Я даю деньги, ты тоже немного вложишь. Строим здесь фабрику по производству часов. Мастеров несколько наймешь в Швейцарии вашей или во Франции, там сейчас бардак, люди умные захотят переехать. Я куплю или построю всем дома хорошие. На тебе материалы и сбыт. Наберем полсотни учеников. Через пару лет будет самая большая фабрика в Европе. Сбыт я тебе гарантирую по самой высокой цене. Дороже, чем у самого этого Мозера-бульдозера, ну, если они качественно работать будут. Ты хороших мастеров подбери. Возможно, есть подмастерья, что мастерами не станут у вас. Не дают им развернуться. Чего в дополнение можешь пообещать? А, земли дадим. Пусть жена в огороде копается. Нет жены, найдем полячку с толстыми косами и голубыми глазами. По рукам? Руку давай.
Как загипнотизированный рыжий гном подал графу руку, одумался, но вырвать уже не смог.
– Что не так, чего дергаешься?! Думаешь, обману и у меня на это денег нет? Думаешь, что торговался с тобой, потому что беден? Нет, брат, я проверял тебя. Денег и возможностей осуществить все, что я тебе пообещал, у меня в избытке. Ты, Ваньша, подумай до завтра. Я тут в путешествие месяца на три собрался. Денег я тебе оставлю, и управляющего, который все здесь организует, пришлю из Москвы. С тебя в первую очередь мастера. Не пугайся, не ввязавшись в драку. Осилим. Зато станешь известнейшим в России заводчиком, поставщиком двора.
– Ваше…
– Вырабатывай командный голос.
– Я с братом посоветуюсь…
– И правильно. Ладно, Йона Барбе, хорошо думай. Приду завтра утром, надеюсь, вы примете правильное – положительное решение. В купцы первой гильдии выйдете. Мильёнщиками станете. Бывай, Ванюша.
На словах все просто. Все мы – мастера слов. И только поведение отражает то, кем мы являемся на самом деле.
