— Ничуточки, — заверение было совершенно искреннее, это он стоял, а я плавала… да и дома это для меня была не вода, а удовольствие. Странно только, что для тела Дайлерии она должна быть холодной… но может быть мне тепло, потому что Орвилл несет меня? — Я тебя поцелую, — хихикнула я, вспомнив известную фразу, и добавила, глядя на изумленное выражение глаз, которое было не скрыть даже в этом облике, — потом… если ты этого захочешь!
Начинали сгущаться сумерки, но в костер подбрасывались все новые и новые стволики и ветки, которые вспыхивали и уютно трещали, посылая в небо снопы искр.
— Ну вот что ты наделала, — сокрушался Орвилл, пытаясь нащупать микроскопические колючки то в голове, то на спине. — Я же теперь всю ночь буду чесаться!
— Не ворчи, — я повернула его спиной к костру и стала выбирать остатки репьев из шерсти, встав за ним. Делать это было сравнительно легко — шерсть была редкая и жесткая, колючки вытаскивались без остатка, только вот делать это было удобнее моими руками, а не его. — Ну вот, спина чистая, вроде и на плечах ничего нет, — для подтверждения сказанного я провела ладонями, но все было действительно чисто.
— А в голове? — Орвилл сел ко мне лицом и опустил голову, предоставляя выбирать мне оттуда остатки плодиков. — Посмотришь?
— Посмотрю, — я запустила пальцы в жесткие волосы и замерла.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил он, не поднимая головы.
— Нет-нет, все нормально. Но… я почему-то вспомнила Арсворт в тот день, когда тебя намеревались… — произносить фразу до конца мне не хотелось, но Орвилл и так все понял.
— Благодаря тебе этого не произошло, — руки осторожно обняли меня где-то в районе бедер, подтянули к себе и замерли. — Нам осталось не так много пройти. Завтра к вечеру мы уже будем у кристалла и, если провидец не врет, то он вернет мне нормальный вид.
— Завтра, — я продолжала выбирать из жестких волос колючки, стараясь не думать о том, что завтра произойдет со мной, — ты будешь прежним… потом пойдешь в Академию?
— Мы пойдем, — Орвилл сделал ударение на первом слове, — вместе. А что ты будешь говорить тем магам, которые тебя… Дайлерию то есть, давно знают?
— Н-не знаю, — я замешкалась, представив себе эту картину. А на самом деле, попади я туда, что бы я им говорила? — Наверное, я бы стала объяснять им все, что произошло со мной. Или они не поверят мне?
— Не поверят, — Крайден поднял голову и ощерился, что означало у него улыбку, — а я вот думаю, подтверждать мне этот факт или нет? Ведь как ни крути, я должен лучше всех знать тебя… вот я и начинаю колебаться, особенно после сегодняшнего безобразия!
— А я исправилась, — встормошила в ответ ему волосы, — все чисто!
— Лерия, это уже не имеет значения, — Орвилл рывком поднялся с места и руки переместились мне за спину, где и остались, поглаживая по лопаткам, — мы еще должны увидеться с Грегором и… у нас еще будет время, чтобы поговорить с тобой обо всем. Где моя рубашка? — Он оглянулся по сторонам, но руки не убрал. — Мне неприятно, что ты видишь меня таким… хоть этому уже недолго осталось!
— Если только ради меня, то можешь не спешить, — мне стало смешно и я вспомнила лесную деревню, — я уже к тебе и такому привыкла!
— Глупости не говори!
— Почему это глупости? Ты посчитай, сколько времени мы с тобой вместе идем, начиная с самого Арсворта? Для порядка можно откинуть первые три дня, когда я говорить не могла, но все равно прилично получается. А уж после Грайдиса, когда мы стали разговаривать и я тебя бояться перестала и вообще все хорошо было. Ты разговаривал вполне разумно, поступал тоже… разумно, так что удивительного в том, что и я стала относиться к тебе, как к нормальному человеку? Внешность, она, конечно, разная бывает, но главное то, что внутри.
— А то, что снаружи, по-твоему значения не имеет?
— Поначалу имеет, — я демонстративно отодвинулась и оценивающе осмотрела грузную фигуру снизу доверху, — а со временем перестаешь замечать всякие мелкие детали… ну, например, что живот торчит или шерсть из ушей растет!
Я шутливо ткнула пальцем в вышеупомянутый живот, а Орвилл поднялся и пошел за рубашкой и сапогами, но мне почему-то показалось, что ему было приятно это слышать.
О том, что будет завтра, мне не хотелось думать совершенно. Здесь, в пустынных горах, прошел прекрасный день, все было так живо и ярко, что воспоминания об этом я сохраню очень, очень долго. Запах сосен и разогретых камней, вкус чистейшей воды и рядом… как сказать, кто рядом? Пусть все же будет человек, несмотря на весь его странный облик, мы так долго шли вместе, что стали понимать друг друга, несмотря ни на что. Когда-то мы были врагами, но так сложилось, что стали друзьями или… нет, нельзя продолжать дальше, мой срок нахождения в этом мире кончается завтра, я же сама хотела вернуться домой и провидец указал мне путь. Хватило бы решимости…
— Орвилл, а тебе приходилось кого-нибудь убивать?
Мысли о собственной смерти возвращались постоянно и, поскольку провидец не отрицал изначально возможности попросить об этом Орвилла, я собралась с духом и решила выяснить этот вопрос.
