– Нет, Танюха, ты теперь послушай… ты не знаешь, как мы в училище жили… гуляли направо-налево… страшно вспомнить… Я тогда о Боге и думать не думала, если бы мне сказали – посмеялась бы, наверное! Так что ты права, все по заслугам…
– Алиша, не говори так… я не могу это слышать! Все люди грешны, и, может, мои грехи в сотни раз тяжелее твоих. Ну, прости ты меня!
Алина улыбнулась сквозь слезы.
– Это ты меня прости, за мужа, я не знала…
– Ерунда, откуда ты могла знать! Я об этом никому не рассказываю, из наших только Игорь знает и, может, Артемьич, если он ему сказал.
– Нет, – решительно произнесла Алина. – Игорь – могила, он чужие тайны хранить умеет.
– Вот вы где! – рядом с женщинами стоял Константин Казимиров. – А мы вас везде ищем. Татьяна, Аля, прошу ваши ручки, – он слегка наклонился и подставил женщинам руки, согнутые в локтях. – Вас велено доставить обратно, в скит. Если серьезно, Танюша, там кладка… ниже – другая, надо посмотреть. За тобой послали.
В скиту кипела работа. Участок, отведенный на день, был почти закончен, и Игорь Сергеевич глядел весело.
– Сейчас наши эксперты определят век, мы доделаем начатое, и можно будет возвращаться, – радостно произнес он.
– Мы с Катей берегом назад пойдем, – вдруг сказал Борис Петрович, и все удивленно посмотрели на него.
– Не советую, – Игорь Сергеевич аккуратно прислонил лопату к стене. – Во-первых, по пути хотелось бы обсудить сегодняшние работы по дому, во-вторых, у воды во многих местах не пройти – бурелом, и для Екатерины Александровны эта дорога – неподходящая. В-третьих, – он вдруг усмехнулся, – в лесах зимой дикие звери без пищи пропадают, пора бы это знать! На нашем острове, например, рысей полно.
