бого Билла я узнал, что карсы опасны до тех пор, пока им не окажешь сопро-
тивление – лишь после этого они бегут без оглядки, прищемив свои клювы.
Второй случай, когда Барибала пришел нам на выручку произошел на вто-
рой швартовке.
Небольшой Каймовый островок приютил нас всего на ночь. Приказ капита-
на был безапелляционным – всем оставаться на корабле, а любой, кто ослу-
шается, действует исключительно на свой страх и риск. Я не сразу понял: к
чему нужна такая строгость?
У воздушного пирса, где пришвартовался наш летающий гигант, было бо-
лее чем безопасно. Десяток легких строений носивших, скорее всего хозяйст-
венное назначение и еще ряд жилых шалашей. Местные жители тоже выгля-
дели вполне приветливо: улыбались, махали нам руками, некоторые из них
даже умели общаться на материковом наречии. Но главным был тот факт,
что никто из них не носил оружия. Я не заметил даже крохотных кинжалов –
только трубки и бамбуковые палки за спиной.
Звезды стремительно заполонили небосвод, округа вспыхнула множеством
костров и по острову поползли тягучие мелодии. Незнакомые мне инстру-
менты играли приятно, создавая впечатление своей иллюзорности. Я словно
слушал звуки ветра, деревьев, успокаивающий шум моря, но только не стру-
ны неведомых артистов. Спустя некоторые время в плавную мелодию впле-
лись женские голоса. Мягкие слова, вздохи, усыпляли и расслабляли, обво-
лакивая ночной дымкой безмятежности.
Подойдя к борту, я посмотрел вниз, уставившись в иссиня-черную рябь во-
ды. От горизонта, прямо к нашему кораблю тянулась лунная дорожка, при-
глашая меня отправиться в дальнее путешествие.
Я смотрел на проплывающие облака, мириады звезд, ночной пейзаж и по-
нимал, что нахожусь сейчас за сотни миль от привычного для меня мира.
Там, где живут совсем по иным законам, и солнце светит слишком уж ярким
белым светом.
Веки стали слипаться. Я уже не стоял, а плыл, медленно паря над высокими
каменными постройками города. Уворачиваясь от высоких шпилей произ-
водственных цехов, возле которых кружили боевые крылопланы, я летел
вдоль улиц, где пыхтя как натруженные жуки, толпились механические по-
возки. Знакомые улочки, дворы, проулки – я упивался приятным зрелищем.
Вдыхая тяжелый запах городской гари.
Случайно, в толпе мелькнула знакомая куртка. Я напряг зрение, присмот-
релся. Неужели это я? Прозорливый Итар! Кто же еще? Безусловно - я! Я и
никто другой. Совершив размашистое движение руками, я устремился вниз.
Небольшая пробежка. Я едва не упал, хотя в целом приземление прошло
удачно. И вклинившись в толпу, стал одним из немногих, кто спешил по сво-
им делам, выполняя заранее установленные задачи, функции, требования.
Город-механизм не терпел хаоса – четкость во всем, вот каков был девиз Це-
ха механикусов. Только мне сейчас было не до прописных истин – меня
больше интересовал таинственный двойник.
Мрачные лица, стеклянные глаза, механические движения – я не сразу по-
нял, что те, кто меня окружают, совсем не похожи на обычных горожан.
Винтики в огромном узле городского механизма. Даже слова, которые уда-
лось мне услышать – отдавали туннельным эхом. Но и на эти очевидные де-
тали я не обратил внимания.
Мой бег по собственному видению продолжается. Здесь я не чувствую ус-
талости. Дотягиваюсь рукой до впередиидущего. Очень знакомая куртка, и
старое масляное пятно на месте.
Поворот.
Я пошатнулся и замер.
Передо мной оказалось мое собственное лицо. Очертания, глаза, скулы - с
одной лишь разницей. Мой двойник был полностью металлический, словно
порождение искусного мастера он являлся истинным воплощением безумно-
го гения. Миниатюрные медные линии создавали овал черепа, две огромные
шестерни - напоминали мозг, а крохотные окуляры впитали в себя цвет голу-
бых глаз - моих глаз!
Механическая рука медленно поднялась, и указательный палец осторожно
коснулся моего плеча. Теперь уже я оказался в роле экспоната, приводящего
в восторг моего механического двойника. Сотни, тысячи глаз уставились на
меня. Чужака. Пришельца из другого города. Иного мира, где существует
жизнь, а механика - всего лишь способ выразить свой талант.
Рука сомкнулась на моем плече - я почувствовал легкое покалывание, а чуть
погодя тело обожгла жгучая боль. Я вскрикнул. Лица вокруг меня измени-
лись. Стали злыми, острыми. Сотни механических людей, сложные конст-
рукции города созданного вовсе не из каменных глыб, а сотканного из ме-
таллических свай и пластин. Только теперь я понял, что вокруг меня все чу-
жое! Лишенное жизни и плоти!
Я не сразу узнал Рифт в его былом виде...
- Хватит спасть! Очнись, новичок!
Меня словно выбросило на берег крутой волной. Один миг и свет сменил
полумрак ночи, высоченные строения - хлипкими лачугами, и не осталось и
следа от медных жителей неведомого, но в то же время узнаваемого города.
И разве что крепкая рука все еще сжимала мое плечо.
