— Еще бы ему не утверждать это, — усмехнулся я. — Если в клубе продают наркоту, то Степан тоже имеет с этого свой гешефт.
— Нет, — снова дернул подбородком демон. — Мне показалось, он был по-настоящему рад тому, что в клуб наконец-то зашли нормальные люди. То есть мы с тобой.
— А как же Зифул? Или его Степан тоже отнес к числу невменяемых?
— С Зифулом странная ситуация. — Гамигин, непонятно зачем, произвел рокировку на столе — поменял местами пустую чайную чашку и стакан с недопитым «Пигмалионом». — Степан сказал, что поначалу демон вел себя как вполне нормальный…
Анс запнулся.
— Черт, — подсказал я ему. — Не понимаю, почему вам в Аду не нравится это слово?
— Оно несет в себе уничижительную оценку. — Гамигин снова поменял стакан и чашку местами.
— Разве? — удивился я. — Почему же в имени Сатаны вы не слышите ничего оскорбительного?
— Сатана — это не имя, а должность.
— Знаю, — кивнул я. — Но мы-то, люди то есть, привыкли считать слово Сатана именем собственным.
— И что с того? — вопросительно посмотрел на меня демон.
— Сатана — однозначно плохой. Гораздо хуже черта.
— Тем не менее к Сатане люди традиционно относятся с должным уважением. А черт… С чертом можно делать все, что заблагорассудится. В вашей мифологии черт почти всегда оказывается страдающей стороной.
— Черта обычно наказывают за его же проделки.
— Только наказание обычно оказывается неадекватным содеянному. К тому же все эти ваши присказки… Иди к черту!… Черт с вами!… Не так страшен черт…
— Обидно? — участливо поинтересовался я.
— Обидно, — признался демон.
— Ну ладно. — Я ободряюще улыбнулся напарнику. — Пусть будет черт с нами. А что там насчет Зифула?
— Ну, в общем поначалу Зифул вел себя нормально. А спустя месяц-полтора Семен начал замечать в нем те же изменения, что и у ти-кодеров.
— То есть он становился другим демоном?
— Или же другим человеком.
Я озадаченно сдвинул брови к переносице.
— Не понял…
— Порой Зифул совершал поступки, не свойственные демонам.
— Например?
— Демоны не отличаются скаредностью, но при этом им и несвойственно сорить деньгами. Зифул же вдруг начал давать официантам чаевые. Даже Игорю, подававшему ему куртку, деньги в руку совал.
— Не вижу в этом ничего противоестественного, — покачал головой я.
— В Аду системы чаевых не существует как таковой.
— Да, но у нас-то это принято. Зифул просто освоился и начал следовать местным традициям.
— Дело не в том, что Зифул давал чаевые, а в том, как он это делал. Он давал деньги обслуживающим его людям так, чтобы все это видели. Демонстративно. И суммы, которые он оставлял в качестве чаевых, значительно превосходили те, что обычно принято давать.
— Ну, если даже официант обратил на это внимание, значит, Зифул действительно вел себя в «Оскаре Уайльде» с купеческой широтой. — Я потрогал ногтем большого пальца подбородок. — Влияние дурной компании?
— Зифул — агент Службы специальных расследований Сатаны.
Анс произнес это так, словно после такой характеристики о человеке, извиняюсь, о демоне больше ничего можно было не говорить. Я же придерживался на сей счет иного мнения. Мне доводилось встречать разных представителей спецслужб, как беззаветно преданных родине, так и готовых за фунт Лондон продать. А человек это или демон, по мне, не так уж и важно. Поэтому-то я и спросил у Гамигина:
— А ты не интересовался, не было ли у Зифула служебных взысканий?
Анс посмотрел на меня не то с укоризной, не то с сожалением.
— У работника Службы не может быть никаких взысканий.
— Ага! — Я щелкнул пальцами. — Поймал! Тебя ведь самого после прошлой нашей истории едва с работы не выгнали!
— Так ведь не выгнали же, — мягко поправил Гамигин.
— И все же… — Я постучал пальцем по краю стола, потому что пока еще не знал, а что же именно? — И все же… — упрямо повторил я. — Зифул сорил деньгами.
— Это его деньги. — Гамигин сразу дал понять, что ни о какой растрате казенных средств и речи быть не может. — Но вот почему он это делал — вопрос.
— Быть может, хотел произвести впечатление на новых знакомых?
— Возможно, — как-то не очень охотно согласился Гамигин.
Согласился так, что у меня сразу же возникала куча сомнений.
— Что еще показалось Семену необычным в поведении Зифула?
— Различные мелочи, на которые можно было бы и не обратить внимания, если бы они не начали проявляться одновременно. Зифул стал заказывать блюда, от которых раньше отказывался. Мы в Аду предпочитаем острую пищу, Зифул же в последнее время начал отдавать предпочтение легким паштетам и молочным продуктам. В речи у него стали проскальзывать прежде несвойственные ему слова и выражения. Движения стали более резкими, порывистыми. Да и сам Зифул стал менее сдержанным в проявлении своих эмоций. Как-то раз он даже поругался с одним из ти-кодеров. Парень подошел к столу, за которым сидел с компанией Зифул, и что-то сказал, обращаясь ко всем одновременно. ЗиФул вскочил, громко закричал на парня и даже попытался схватить его за воротник рубашки. Ребята, сидевшие с ним за столом, удержали демона и быстренько спровадили вызвавшего его гнев ти-кодера.
