Затем последовал обед для избранных лиц в донжоне, после которого герольд, так и оставшийся для меня безымянным, вместе со своим сопровождением удалились. Напоследок я вручил ему четыре а дружинникам по одной серебряной монете. Служивые такому презенту порадовались и уехали весьма довольные. А я в сопровождении кастеляна и ключаря принялся осматривать свое новое владение. Как я понял, в Тирмсе никто из высоких сановников не жил и даже никогда не останавливался. Данный феод был один из многих личных владений герцога и являлся неким середнячком в его хозяйстве. Не отстающий, но и не лидер с высокими сельскохозяйственными показателями. Кроме пашен и выпасов и незначительных огородов ничего особенного в нем больше не было. Лес и несколько ручьев не являлись чем — то выдающимся и никакой особой прибыли дать не могли, полезных ископаемых в равнинной местности тоже не было. Арендаторы занимались земледелием, пасли скот. Из отличительного было одно, на крупном ручье стояла водяная мельница на которую привозили зерно сервы из окрестных деревень. А это весьма неплохо, какой — никакой промышленный потенциал. Значительных рек в окрестностях не было, рыболовство отсутствовало как понятие. После осмотра нового приобретения, состоялся обстоятельный разговор с ключарем Августом, полноватым мужчиной возрастом от сорока до пятидесяти, лысоватым шатеном с бойкими светлыми глазами. Рядом безмолвно присутствовал Рихард, командир двух десятков дружинников, крепкий флегматичный мужчина примерно тех же лет. Первым делом ключарь известил меня что денег в казне нет, буквально накануне по письменному приказу герцога все золотые и серебряные монеты были изъяты приехавшим чиновником при поддержке дружинников.
— Они оставили только 45 пфенингов, в основном медной монетой — извиняющимся тоном сообщил управитель, с тревогой глядя на меня.
— Я не нуждаюсь в деньгах. У владетелей Тирмса имеются долги перед кем нибудь?
— Нет Ваша Милость. Жалование дружине и слугам за год выплачено полностью. Само поместье приносит чистого дохода от 160 до 200 золотых монет, в зависимости от урожая.
— Неплохо, весьма неплохо. Теперь слушай внимательно Август. Мой феод находится на южном пограничьи за Алашаларом и включает в себя огромный кусок плодородных земель. С кочевниками вопрос закрыт решительно и жестко, у меня на службе находятся боевые маги с невиданным здесь могучим оружием. Два последних года мы в пух и прах разбивали их орды и теперь они надолго успокоились. Я занят своими делами и не собираюсь никаким образом что — либо менять или как — то вмешиваться в дела Тирмса. Пусть все идет по старому, прежним обычаем. Это поместье для меня вовсе безразлично, слишком оно удаленное. Скорее всего я продам это владение или поменяю на более близкое к графству Тангельм. Но это пока вопрос не решенный. Меня вот что волнует. Мы уже второй год пытаемся заселить пустующие земли возле наших замков, приглашаем на поселение всех желающих землепашцев. Земли нарезается столько, сколько сможешь обработать. Целина распахивается магическим плугом, если нет своего зерна, то посевной материал выдаем бесплатно. Также выделяется хороший новый дом с кирпичной печью. За него тоже платить не надо. Еще есть освобождение от всех налогов и отработок на первый год. Если в ваших деревнях есть желающие переехать на новое место жительства, разместим всех. Примем и одиноких женщин с детьми, разной работы хватит для всех. Сейчас собирайся и оповести старост в деревнях а они уже доведут до селян мое предложение. Завтра утром я жду их здесь для переговоров, у желающих переехать есть в запасе один день. Послезавтра мы отбываем отсюда и можем взять с собой всех желающих. К посевной как раз успеем вернуться домой. Если кто замешкается или будет долго раздумывать, то будет добираться своим ходом, без сопровождения воинов и на свой страх и риск.
Затем обратился к Рудольфу. — Теперь по военным делам. Уже сейчас за Алашаларом у нас есть два мощных замка и три пограничных форта. И везде на службу требуются добрые дружинники. В ближайшем городе свободных воинов, желающих служить на границе, уже не осталось. Поэтому я везде пытаюсь рекрутировать людей в дружину. Нам подойдут как опытные бойцы так и совсем необученные новики. Если в деревнях есть молодые парни, возрастом от 16–17 лет, то милости просим на службу. Особенно приветствуются люди с семьей и детьми, таким выплачивается повышенное жалование.
