-- Да, надо Золотистому Ореху сказать, чтобы хоть детей оттуда вытащил. А с женой пусть сам разбирается. Да и этому рабу заодно бежать поможет. Сейчас я напишу сообщение Кораллу, он добежит до канатной дороги и перешлёт его. Ох, набил бы я морду этому молодчику!
Подошёл Ворон и сказал:
-- Инти, Кальмар прав, мы не можем бить морду любому рабовладельцу, иначе мы здесь застрянем надолго. Да и так с этими женщинами будем мешкать. Зачем ты только с ними связался!
-- Я не мог их в беде оставить! А свои нелады с Ланью лучше тут не вспоминай. Я знаю, что ты с ней с утра успел повздорить из-за какой-то ерунды. Ей и так несладко быть фактически вдовой, без дома и с тремя детьми. Кроме того, я узнал немало полезной информации.
-- Она мне сказала, что я в Тумбесе работал паршиво.
-- А сам ты как считаешь? Предательство Цветущего Кактуса не раскрыл, но тут ты хоть исправил свою ошибку. Но ведь и
-- Я-то чем виноват?! Тут в пору уже Якоря винить.
-- Ну, может и Якорь тут был не высоте тоже, но дело в том, что ему пришлось иметь с твоими кадрами. И как ни крути, провал есть провал.
-- За тобой, Инти, провалов получается побольше моего. Да и за Горным Ветром тоже.
-- Да, получается. Как видишь, последствия я расхлёбываю по полной. И искупаю работой.
-- Инти, а ты не думаешь, что корень всех бед -- в том, что и ты, и Асеро, и Горный Ветер просто были неподходящими людьми для своих должностей? И так много ошибок наделали в силу этого?
-- Я не думаю, что Горный Ветер наделал много ошибок. Скорее, беда в том, что у него были руки связаны. Допустим, у меня на его месте была бы большая свобода, но не так уж многим большая. А вообще ещё мой отец говорил мне -- в нашей работе любая ошибка может стать последней.
Сказав это, Инти отошёл, сочтя дальнейший разговор бесполезным.
Он пошёл в конюшню и увидел, что Асеро проверяет там состояние конских подков. Дело, конечно, нужное, но только... На глазах у того еле сдерживаемые слезы.
-- Асеро, ты отчего не с дочерьми? Я думал, ты рад с ними увидеться после долгой разлуки!
-- Я поначалу был рад, конечно. А потом... Фиалка меня стала спрашивать, что, мол, у белых людей за палка между ног растёт? И зачем они её в женщин запихивают?
-- А в неё тоже запихивали, что ли? -- прошептал Инти, побледнев.
-- Да, но ей и Ромашке только в рот. Они чуть не задохнулись от такого. Правда, Ромашка таки негодяя укусила. Ну, я попытался объяснить, что за палка, что, мол она у всех мужчин там растёт, но нельзя её маленьким девочкам в рот пихать. А тут Мальва сказала, что всё и так знает, и чтобы я их не обманывал. Мол, я сам эту палку в её мать пихал, и она знает, как это больно. И ударила меня по щеке, после чего убежала.
-- Значит, они и Мальву...
-- Разумеется, ей же одиннадцать, сколько Лани было, когда её селение уничтожили... Но вот как мне теперь поговорить с Мальвой, она же мне не доверяет! Она же думает, наверное, что я делал это с Луной вот также, как с ними это делали... С болью, с кровь, держа за руки и за ноги... Попроси Звезду, что ли? Может, она объяснит... Или Лань.
-- А тебя, она, значит, теперь избегает?
-- Да, и мне стыдно... Я понимаю, что ни в чём не виноват. Я не виноват, что родился на свет мужчиной. Я никого не бесчестил! И других женщин, кроме жены, не знал! И жену никогда против воли к соитию не принуждал. Какое мне удовольствие, если ей неприятно? Но вот стыдно... не за то, что лично сделал, а за других мужчин. Не все же с жёнами всегда столь щепетильны, бывает, что больше о себе думают... Да, у нас в Тавантисуйю не было такой мерзости, как публичные дома и рабство, но вот я поговорил с Кораллом... Сам он считает одним из самых главных достоинство нашего государства, что, будучи моряком, при этом можно быть человеком, ходить в относительно чистой одежде, а не в лохмотьях, и читать книги. А у белых людей с матросом как со скотом обращаются. Зато белому матросу можно потом пойти в бордель и отыграться на беззащитной женщине за все унижения, которые он вынужден терпеть по жизни. Собственно, убери эту возможность -- насладиться своим скотством -- и тогда основания для покорности рухнут. Но беда в том, что иные наши морячки порой завидуют тем... Точнее, им хочется и рыбку выловить, и штанов не замочить. Ну, чтобы и чистая одежда, и хорошая еда, и даже библиотека на корабле, но чтобы при этом и право по борделям ходить безнаказанно. Скажи, Инти, а в годы твоей молодости такие настроения были?
-- Ну, такие люди, как Ловкий Змей везде встречаются. Но он и ему подобные свой настрой скрывали.