Под лапами мерзлая земля, елки машут мне пушистыми ветвями. Звериное тело поет от счастья, я наконец-то почувствовала себя живой и свободной.Я сворачиваю с неприметной тропинки и углубляюсь в чащу, ползу под переплетеньем веток, несусь среди деревьев, смешно скатываюсь с обледеневшей горки и плюхаюсь в снег.Солнце окрашивает мир в голубые, серебристые и золотые тона.Какая красота!Ладно, довольно валяться в снегу!Я вскакиваю и бегу назад. Спустя двадцать минут уже нервно топчусь на месте, помахивая хвостом, и ища взглядом друзей.- Все хорошо, я проверил, - Аспен садиться на поляну. Гордый, прекрасный ястреб – широкие, беловато-коричневые крылья, черные глаза, изогнутый клюв.- Отлично, - я сажусь в снег.Вскоре с докладом прибегает Яков.Я хвалю подчиненных и показываю, на примере, как надо ползти к маленькой площадке, где назначена встреча с бандитами.Снег летит комьями из-под лап, я почти исчезаю в нем, прорывая тоннель. Осторожно выглядываю. Пока все тихо.Лишь одинокий старик мнется, засунув руки в рукава пальто. Мне становится так его жалко…Что у нас за мир, где старики вынуждены ходить в облезших пальто прошлого века, и продавать собственные вещи у магазинов, чтобы не протянуть ноги с голоду?Вот, у нас оборотней, пожилым почет и достаток! Стая всегда поможет, поддержит слабых.Животные лучше людей. Благородные волки, которые прячутся в нас. Животным не ведома жестокость, подлость, ложь. Они убивают, чтобы не умереть с голоду, они любят всем сердцем, а не так, как люди.Наконец мини-вэн подъезжает к площадке, и оттуда выходят двое крепких мужиков. Я чувствую запах прогнивших душ, железа, силы и уверенности.Стук сердца отдается в ушах. Я оскаливаюсь, как мне хочется загрызть этих нелюдей, похитивших ребенка.Сила делает нас дурными людьми или же она изначально часто дается не тем?Не время думать, я напрягаю лапы, готовясь. Спустя миг, я появляюсь за их спинами и тенью скольжу по снегу.Я запрыгиваю в машину и бросаюсь на неприятного, длинного типа. Он не успевает даже вскрикнуть, как его горло разорвано, а кровь заливает пол.Маленькая девочка смотрит на меня, а в ее глазах слезы и смертный ужас.Я отплевываюсь. Мертвая кровь гнилого человека.- Молчи! – шепчу я ей. - Молчи! Я добрый волк твоего дедушки!Лицо малышки искривляется, и она кричит, вопит, как пожарная сирена.И откуда настолько сильный голос у пятилетнего ребенка?- Тихо, тихо! – шепчу я, но девочка кричит лишь громче.Похоже, тут ничего не поделаешь. Как же я своих волчат нянчить буду, когда придет время?Я выпрыгиваю из кузова.Позади, идет кровавая битва. Старик стреляет в одного мерзавца, а со вторым сражается Аспен, яростно клюя затылок врага. Я нервно обдумываю, как достать водителя, но он сам, почувствовав, что что-то не так, выходит из машины.Тут я его и подлавливаю, бросившись всем телом и прижав к земле. Когтистой лапой наступаю на горло.Нам нужен язык.Бандит смотрит на меня так, словно я дьявол, вырвавшийся из преисподней. Я ухмыляюсь.Его рука метнулась к оружию, я рыкнула, и полоснула его когтями. На его запястье расцвели алые полосы, в которых набухала кровь.Вот и все, ко мне подошел Мишка и деловито связал врага. Все бандиты были убиты, кроме водителя.
Старик обнимал внучку в изорванном и окровавленном платье и плакал от счастья.Когда Василий Иванович огляделся, никого рядом уже не было.«А были ли волки?» - задумался он.
А мы тихо убежали в лес. Вся стая летела, словно на крыльях, сизыми тенями взмывая в прыжках над тающими сугробами. Мишка бежал рядом, а Андрей пыхтел где-то позади.Я упала на пузо, и проползла под переплетеньем ветвей, намочив шерсть. Затем мы выбежали к морю, которое плескалось о скалы, и прыгнули прямо в ледяную воду, чтобы сбить собак со следа, если кто-нибудь решит нас искать.Пробежав еще несколько километров, бедный Андрей с ног валился. Когда мы остановились, он упал на землю, отдыхая. Оборотни тем временем превратились обратно в людей. Так странно и непривычно было видеть, как когти выскальзывают из лап, словно кинжалы, и втягиваются, исчезают в подушечках лап, как шерсть исчезает и ее сменяет гладкая, мягкая кожа, а на голове растут волосы и меняется скелет в эстетике экстаза.Я вытянулась, блаженно улыбаясь, и накинула плащ на голое тело. Затем вышла из-за деревьев.Мы загрузились в машину: Андрей за руль, Мишка с ним рядом, а я на заднее сиденье.- Круто мы их, да! Даже дракон не понадобился.- Я видела его в кустах, - улыбнулась я. - Видимо он решил не шокировать людей.Я представила себе эту картину: бегущие бандиты и дракон, плюющий в них кислотой. Мощное оружие! Как его желудок кислоту переваривает? Или у него там вместо желудка другой орган для выработки кислоты?Ох, не сильна я в анатомии драконов! Зато знаю, как их убивать. Либо особым ядом - "поцелуй мрака", либо вырезать сердце и утопить в море. Причем резать нужно специальным ножом, выкованном в полночь из серебра и обожженного в драконьем огне.Но я совершенно не хотела убивать Арра. Я даже успела привязаться к нему.
