От кого: Джек Эбелхаммер
Кому: Кейт Редди
У Билла Гейтспира, как выясняется, на любой случай найдется софт для души.
Что же до твоего обещания, то я уже в большой беде, Катарина. Если мое убийство обеспечит личное присутствие одного гениального фондового менеджера, то я готов умереть достойно. Помня о твоем отъезде с детьми в Диснейленд, я посчитал, что тебе будет не до моих емелек.
Пытаюсь представлять тебя счастливой без меня. Пытаюсь при этом не впадать в тоску. Ты так здорово пишешь о детях (любимые книжки Эмили, первые слова Бена), что я не сомневаюсь — ты прекрасная мама. Всегда помнишь о них, все замечаешь. Моя мать сидела дома, играла в бридж с приятелями, пила мартини с водкой. Целыми днями она была рядом — но для нас, троих детей, ее словно и не существовало. Не стоит романтизировать домохозяек, они тоже бывают никуда не годными родителями.
Ты живешь в моем сознании, я ношу тебя с собой и постоянно общаюсь. Но что самое ужасное, мне начинает казаться, что ты меня слышишь.
ц.ц.ц.
Джек.
От кого: Кейт Редди
Кому: Джек Эбелхаммер
Я слышу тебя.
Получаю воздушный поцелуй от темноволосого прекрасного незнакомца. Какая жалость, что он родом из мира Диснея. Эмили, в благоговейном трансе от встречи наяву с героями любимых мультиков, прячется за мою ногу и отказывается даже здороваться.
Мгновением позже в ресторан фурией влетает Пола. Злая как черт. Она дала себя уговорить и «согласилась» поехать с нами в Евро-Дисней. Приблизительно так же Британия «согласилась» вернуть Индию. Тактическая ошибка мне дорого обойдется.
Я уже начинаю расплачиваться, извиняясь за все подряд, особенно за то, в чем моей вины уж точно нет. Прошу прощения, что Бен вчера ночью разбудил всех храпом, прошу прощения за нерасторопность гостиничной обслуги, прошу прощения, что французы не говорят по-английски. Ах да, я забыла извиниться за бесконечный дождь. Нижайше прошу прощения.
Молча устроившись напротив, Пола наблюдает за моими материнскими потугами с презрительным видом автоинструктора, который ни на минуту не сомневается, что его ученик-всезнайка вот-вот врежется в столб.
После четверти часа ожидания официанта в этом отвратном месте — фальшивая позолота, горгульи из серой пластмассы — Пола заказала цыплячье филе себе, Эмили и Бену. Прикинув, что вместо цыплят здесь, скорее всего, подают пенициллин в обсыпке, я решила проявить характер.
— Думаю, детям лучше взять слоеный пирог. Надеюсь, начинка в нем с ближайших ферм, а не из пробирки.
— Как скажете, — жизнерадостно соглашается Пола.
Бен при виде пирога скорбно кривится и от горя впадает в икоту. Французские семейства за соседними столиками (с enfants в темно-синих или стальных костюмчиках, чинно поглощающими натуральные французские продукты) как по команде оборачиваются поглазеть на англо-саксонских варваров. Эмили заявляет, что не будет пирог, потому что он похож на вареное яйцо, и что она хочет «как у Полы».
— Эмили, перестань, прошу тебя.
Эм один за другим опустошает одноразовые пакетики с сахаром. Заключаем сделку: она может соорудить снежно-сахарную горку для Минни-Маус со своего брелока, если съест весь пирог и три горошины. Нет,
Положение исправлено. Хорошо бы расслабиться, но в мозгах что-то упорно крутится. Чего-то я не доделала. Ну, что еще, Кейт?! ЧТО?
