Завтра погоню его в больницу. Как ни крути, а клыки Мистера Рыжа – это опасное оружие.
33. Ещё одно утро отца семейства
Геннадий
Снилось мне, что мы с Лилькой любовью занимаемся. Самозабвенно и круто. Жарко только очень. Видимо, лето и зной. А мы, обнажённые, на скомканных простынях. Кудряшки её лезут мне в лицо, щекочут нос, и вместо того, чтобы получать удовольствие, я чихнуть хочу. Нестерпимо.
И вроде бы Лильке хорошо, ещё чуть-чуть и… я всё испортил. Чихнул. И проснулся. На груди рыжая падла сидит и тянется мордой к моему лицу, усами щекочет, носом мокрым тычется. И тарахтит, как старый холодильник.
– Брысь, зараза! – раздосадованно спихиваю жирную задницу с кровати. Мистер Рыж сегодня в хорошем настроении. Он на меня не обижается. Щурит глаза свои наглые и носом дёргает, как кролик. Нюхает воздух. Жрать хочет, что ли? Но кормить его у меня желания нет.
Лилька от меня удрала. Я огорчён. Но, может, и к лучшему. Представляю, как я выгляжу. Надо сделать усилие и подняться. Туалет и душ. Потом буду думать обо всём остальном. Но удрать я не успел. Лилька просочилась в комнату, как привидение.
– Как ты? – и руку холодную мне на лоб кладёт.
– Всё нормально.
Я мужик. Мне не пристало жаловаться. Я ж не Котя, мне не четыре года. Лилька качает головой.
– Поворачивайся, буду колоть. И таблетки выпей.
– Пьём или колемся? – интересуюсь с улыбкой. – Что-то одно.
– Колемся, а потом выпьешь таблетки. Давай, шевелись. Мне ещё Котьку в садик и на работу.
Меня бесит её самостоятельность. Как никогда хочется, чтобы она зависела от меня. Чтобы шагу ступить не могла. Хотя, наверное, это утомляет. Но и моя тотальная ненужность в её жизни – хуже кости в горле.
– Я вас отвезу, – чувствую, как её пальцы касаются ягодицы. Лилька место нащупывает, мокрой ваткой трёт, а затем игла тонким жалом сверлит в моей коже ещё одну дырку.
– Северин, ты бы не вставал, а? – в сердцах бросает Лиля. – Если ты сегодня изменишь постели, я заточу тебя в больнице.
Звучит это так страшно, что я смеюсь. Лилька делает страшные глаза и запихивает в меня таблетки.
– Мам! – кричит где-то Костик. – Ну ты ского?
– Сейчас, мой хороший!
Она готова бежать, но Костя сам её находит – переступает через порог моей комнаты. Смешной, волосы торчат, пижама на нём не по росту: штанишки короткие и рукава. Вырос он из неё.
– Ма-а-ам, – глаза у Коти круглые становятся, как у совёнка. – Ты что, Гене укольчики делаешь?
– Ну, да, – разводит Лилька руками.
– И ты не плачешь? – он такой непосредственный, что впору зарыдать, честно.
– Терплю как могу. Я ж большой. Мне как-то стыдно плакать.
– Когда никто не видит, можно, – делится секретом пацан и уточняет: – Ты не загазный?
– Нет, меня лишь Мистер Жир покусал, – успокаиваю Котю и приглашающе хлопаю ладонью по постели.
Лилька глазом моргнуть не успела, как сын уже прыгнул ко мне в кровать.
– Как у тебя здесь здогово! – прыгает Котя на удобном матрасе. – А у нас не очень, – сдаёт с потрохами противную софу. Я в курсе. Не самое удобное место, но Лилька сама выбрала ту комнату из-за рыжего исчадья ада.
– Ты поваляйся, а я пока в душ, – сползаю с кровати. Вполне сносно. Жить можно. А Котя тем временем принимает позу звезды – раскидывает руки и ноги. На лице у мальчишки – блаженство.
Чёрт. Нужно срочно решать очень много всяких разных проблем. Софу эту долой, пижама у сына мала – ну что за хрень-то.
– Тебе, наверное, нельзя, – сомневается Лиля, – но я останавливаю её властным движением руки.
– Зя, низя, я в душ. Смирись, женщина!
И пока она возмущённо хлопает ресницами, я успеваю улизнуть. Когда я, смыв с себя сто потов, выхожу из ванной, Лиля уже вытянула Котю из моей кровати. Умытый и причёсанный, он бодро ест овсянку, с вожделением поглядывая на апельсин.
– На закуску? – подмигиваю ему.
– С чаем, – объясняет он мне.
– Я вызову машину с водителем, – хватаюсь за чашку кофе, что протягивает мне Лиля.
Идеально. Божественно. То, что мне сейчас нужно. Нет, жена – это хорошо. Кофе по утрам. Укол в ягодицу. А так бы сдох. О том, что без Лилькиного кота меня бы никто и не покусал, я стараюсь не думать.
– Костю – в садик, тебя – на работу, меня – к хирургу, на консультацию, – вру я, не моргнув и глазом, но у жены где-то там спрятан рентген. Она меня насквозь видит.
– Работа подождёт. Ты отмажешь меня у Гепардовны, я по телефону поруковожу, а в больницу съездим вместе. Мне тебя лечить, хочу слышать мнение специалиста, а не…
Да-да, я понял. А не грудасто-блондинистой Илоны. Кстати, о птичках. Нужно с её отцом поговорить. Настала пора расстаться с этим семейством. Старый хитрец уже пару раз пытался дочь подсунуть. Но вчерашнее ночное шоу – предел всему.
– Договорились, – соглашаюсь, и Лилька продолжает смотреть на меня с подозрением. Ей вечно какой-то подвох чудится. А вот он – весь открытый и готовый к сотрудничеству. Что ж она никак не оттает. И вообще. Сбежала от меня. А мне всякие сны снятся без неё.
