“
Уже через тридцать минут нужная комната была найдена и совместными усилиями они смогли разрушить печать на двери.
End of flashback
- Роберт?- Адриан перевёл на него взгляд и названный кивнул.- Ясно, я так и думал. Молодцы. Вы нас спасли. Роберт может считать с человека все его знания только прикоснувшись к нему.- пояснение было для Трэина, который не знал о особых способностях своих бывших братьев и сестёр.- А девочки эмпаты, высоко чувствительны к чужим эмоциям и обладают способностью внушать их.
Они ещё просто просидели вместе до утра, все наслаждались наконец-то обретенным спокойствием и тем, что вся семья рядом. А потом, Адриан все таки разогнал всех отдыхать и сам переместил Трэина в свою комнату. Но тут же мысленно себя поправил.
“ Наша комната.”- слуги все поняли как-только они прибыли в поместье. Поэтому всем была приготовленная ванна. Адриан утянул охотника в ванную и на секунду застыл, заметил в углу комнаты душевую. Он совсем забыл, что просил мастера сделать ее. Открыв дверцу, что была оформлена в виде витражного стёкла, Адриан покрутил краны. Сначала потекла холодная, потом горячая. Видимо горячая вода нагревалась в специальном баке, но никакого бака брюнет не заметил, а потому решил потом узнать у создателя, когда отдаст ему остальную часть суммы.
- опробуем?- все таки он уже пришёл в себя, а потому все это было сказано с обычной хитрой улыбкой.
- Почему бы и да?- улыбнулся охотник, чуть склонив голову на бок и рассматривая перворожденного. Желание прикоснуться было просто нестерпимым. Зудело в кончиках пальцев рук, оседало на губах, пушистым клубком каталось в груди. Но это не было страстью, что была частой спутницей их отношений. Нежность. Без контрольная, затапливающая собой все сознание, не позволявшая видеть ничего вокруг кроме любимого создания перед тобой. Адриан стоял спиной к нему и уже успел избавиться от рубашки, когда Трэин шагнул вперед, и притянув мужчину к себе, обнял, прижимаясь щекой к его плечу.
- Вот уж не думал, что когда-нибудь женюсь...эм...выйду замуж?- как-то растерянно произнес беловолосый, а после, тихо рассмеявшись, он крепче обвил руками мужской торс. “Мой.”-облегчённо подумал он, позволив себе постоять вот так несколько мгновений.
Тёплое прикосновение к коже и Адриан медленно заново вспоминает эти ощущения, от которых, казалось, уже успел отвыкнуть. Отчётливый очагами тепла были ладони и щека Иного. Хоть теперь они оба и хладнокровные, с пониженной температурой тела, но друг для друга их кожа тёплая. Теперь они полностью на равных.
- По моему это не столь важно.- постоять в таком положении несколько минут и аккуратно повернуться лицом к Трэину, вглядываясь в любимые черты.- У вампиров нет четкого разделения. Этот ритуал помолвки вообще практически не используется.- пальцы ловко расправились с пуговицами на рубашке и отвели ее с стороны, открывая торс. Ни единого шрама. Только все ещё смуглая кожа с хорошо проработанный мышцами. Рук скользят по местам где раньше были белые отметины. Он помнил их все и было немного жаль, что ничего не осталось, все таки они шли охотнику.
Он молча стоял и наблюдал за тем, как Адриан плавно избавляет его от одежды, а после заходит за ним в кабинку.
Вода аккуратно настраивается, а Адриан берет с полочки камешек, который под струями воды становиться губкой. Мыло с небольшим добавлением масел приятно пахнет, и уже через несколько минут вместе с паром наполняет душевую.
Брюнет с лёгким нажимом проводит по смуглой коже, смывая все остаточные следы смотра и всего, что с ним связанно. Присаживается на корточки оставляя мыльные следы на бедре, колене и ниже.
Взгляд выцепляет на голени охотника знак ордена, что так и не думал исчезать, как остальные шрамы, что ещё раз убеждало в его магическом природе. Обвести контур пальцами и поднять взгляд на Трэина.
- Я хочу убрать его с твоего тела.- это была не просьба, не вопрос, а утверждение. Этот мужчина должен принадлежать только ему.
- Ты даже не представляешь, как я хочу этого...- тихо произносит охотник, глядя на Адриана сверху вниз. – Вот только я ни разу не слышал, – Трэин берет вампира за руку и поднимает на ноги.- чтобы кому-то это удавалось...- губка переходит в его руки, и вот уже на коже перворожденного остаются мыльные разводы. Плавно его мысли перетекали в не совсем праведное русло, но беловолосый старательно гнал их прочь. Он с каким-то особенным удовольствием намыливал длинные пряди темных волос, медленно массировал кожу головы, с легкой улыбкой наблюдая за тем, как довольно щурится перворожденный.
- Кстати, я так и не смог понять, почему для тебя от кандалов было больше вреда, а я не чувствовал ничего...- пар душевой будто сильнее концентрировал их запахи, оставлял на стеклах дымку, надежно отрезая их от всего, что находилось за пределами этого уютного пространства. Смывая с волос мыло, Иной не удержался и прижался к брюнету.
