Порыв ветра собрал горсть заблудившихся песчинок души в холодную ладонь и ссыпал их в треснутый кубок сознания…
Один. Всегда — один. В этом есть своя прелесть: не нужно ни за кого быть в ответе — только за себя самого и только перед собою же, любимым. Одиночество болезненно, но, поверьте: к нему привыкаешь. И привыкаешь тем быстрее, чем яснее тебе дают понять, что ты никому не нужен. Речь идёт не о той «нужности», которой обладают по определению орудия труда, деньги и пища — сильно подозреваю, что в качестве предмета, наделённого полезными качествами, ваш покорный слуга очень и очень необходим… Но быть нужным просто потому, что ты есть… Как же я завидую тем, кто кому-то НУЖЕН… Зависть — дурное чувство, но мне не дано её превозмочь…
«Наконец-то очнулся!»
А, давно не виделись…
«Ты почти напугал меня…»
В самом деле? Чем же?
«Ты не хотел
Ну и что? Не думаю, что моё возвращение из мира грёз так уж ожидаемо…
«Ты согласен вечно оставаться в Саване?»
Не знаю. Правда, не знаю. Мне грустно и холодно, но… Я свободен от мыслей и желаний. Наверное, это и есть счастье.
«Философствовать будешь как-нибудь потом, договорились? А сейчас…»
Что — сейчас?
«Благоприятный момент для того, чтобы открыть глаза…»
Я что-то должен увидеть?
«Не передёргивай… Твоё тело — в норме… Обстановка — спокойная… Какие ещё нужны причины для того, чтобы вернуться к жизни?»
Достаточно одной причины, и ты её знаешь. У меня есть неуплаченный Долг.
«Ты не обязан…»
Я согласился. Разве этого мало?
«Ты можешь передумать…»
И уподобиться армии нечестных торговцев, нечистоплотных политиков и корыстных друзей? Не хочется. Слишком легко. Слишком заманчиво.
«Ты собираешься вставать?»
Уже почти собрался…
…Я попробовал открыть глаза, но не смог. Когда сознание всё же соизволило вернуться в пределы неподвижного тела, выяснилось, что сил в этом самом теле нет. Практически совсем.
Сколько времени я провёл в Саване?
«Около сорока суток…»
ЧТО?! Больше месяца?! Этого не может быть…
«Я же обещала: ты ничего не будешь чувствовать…»
И выполнила своё обещание! Я до сих пор мало что ощущаю!
«Не волнуйся: необходимо некоторое, не слишком продолжительное, время, чтобы тело перестроилось обратно…»
Обратно — куда?
«Обратно в ту Форму, что способна безболезненно вмещать твою Сущность…»
Спасибо за пояснение, которое ничего не объясняет!
«Не груби…»
Я скоро… смогу двигаться?
«Ты и сейчас можешь… чуть-чуть…» — Ехидная усмешка.
Ах, так?!
Я должен поднять руку… Поднять… Руку… Должен… Четверть минуты концентрации на означенном усилии не привели к ожидаемому результату, но локоть конвульсивно дёрнулся, впечатываясь во что-то тёплое и упругое. Это ещё что за?..
Но я не успел обдумать, что означает факт, установленный с помощью осязания, потому что следом раздался звонкий и весьма противный визг, а локтю стало холодно. Стало быть, ЭТО — живое, если испугалось и отскочило в сторону…
С минуту царила тишина. Я предпочёл не двигаться и не открывать глаза — вдруг существо, которое прерывисто дышит где-то рядом, вообще умрёт со страха? Такой вариант вполне возможен, если учесть, что в течение сорока дней я представлял собой всего лишь пособие по анатомии…
Лёгкий шорох. А, это шаги! Но почему такие тихие? Металлический лязг. Засов? Помещение, в котором я нахожусь, заперто? Скрип открывающейся двери. Снова шаги, на этот раз ясно различимые. Кто-то вошёл…
— И что нам явилось теперь? Крыса? Комар? Привидение? — Голос. Молодой, злой и недовольный: скорее всего, его обладателю неохота проверять, чем вызван истошный визг.
— Он… Он… Он шевельнулся… — отвечает другой голос, совсем юный и испуганный. Ребёнок? Кто? Почему?
— Снова померещилось? — насмешливо спрашивает… тюремщик. Да, думаю, он исполняет именно такие обязанности, раз имеет возможность закрывать дверь с той стороны.
— Мне не померещилось!.. Он вздрогнул… — оправдывается ребёнок.
— Ерунда!
— Я говорю правду! Посмотрите сами…
И тут у меня перехватило дыхание. Сгусток Силы двигался в мою сторону — это я видел даже с закрытыми глазами! Свеженькой, чуть мутной, но такой аппетитной Силы… Ближе… Ещё ближе…
Все вопросы и догадки мигом спрятались за кулисами, освобождая место на сцене для нового персонажа.
Вы испытывали когда-нибудь голод и жажду, но не по очереди, а одновременно? Желудок сжат костлявыми пальцами боли, а горло похоже на русло пересохшей реки… И с чего бы ни начал утоление потребностей, невозможно избавиться от обеих напастей сразу…
Меня сжигало сейчас нечто похожее, с одной только разницей: прислушаться к настойчивым просьбам умоляло не обессиленное тело, а болезненно-пустое сознание. Возможно, попадись под руку кружка воды и ломоть хлеба, я смог бы убаюкать зверя, проснувшегося в тех далях, где заканчивается душа… Возможно. Вот только никто не предлагал мне утолить ЭТОТ голод тихо и мирно…
Моя правая рука взлетела вверх. Навстречу горлу человека, который нагнулся надо мной. Ногти вонзились в тощую шею по обе стороны от кадыка, как можно ближе к ключевым
Радуга. Фейерверк. Взрыв солнца. Восторг.
