Хассан не видел бога, но следы его прибытия были повсюду. Из квартала Изобретателей поднимался дым. Сила бога сровняла с землей целые районы города, рыночные площади и стадионы превратились в горы песчаника.
Это напоминало случившееся в Бехезде. Только в этот раз бог разрушал город Хассана. Серебристая вилка молнии разрезала небо, вырвав Хассана из ужаса и заставив действовать.
– Пойдем! – крикнул он Кхепри и Гектору и побежал вниз по лестнице. Они могли пересечь центральный двор и выйти через южные ворота и тогда окажутся недалеко от руин маяка. Они могли успеть добраться до Антона и Джуда.
Он лишь надеялся, что они не опоздали.
Ударила молния, сломав одну из колонн вдоль ступеней.
– Хассан! – в ужасе завопила Кхепри.
Этот звук он услышал последним, прежде чем колонна обрушилась на него.
Эфира не привыкла ждать. Это всегда было задачей Беру: бесчисленное количество ночей сестра ждала, пока Эфира не вернется после убийства, и не знала, вернется ли та целая и невредимая. Вернется ли вообще.
Она никогда не понимала, как ужасны были те ночи для Беру. Пока не оказалась в такой же ситуации, только вот теперь Эфира не могла надеяться, что Беру вернется к ней. Потому что, если Джуд и Антон все сделают правильно, Беру умрет. И Эфире придется решать, как жить дальше.
Илья сдержал обещание, данное прошлой ночью. Он оставался рядом с ней все утро, и буря за стенами Великой Библиотеки становилась все яростнее с каждой проходящей минутой. Иногда прибывали солдаты и привозили раненых и павших товарищей. Эфира наблюдала, как они бегают по коридорам, но без Дара она мало чем могла им помочь.
Буря снаружи достигла крещендо часа через два после отбытия Хассана и остальных. В небе гремел гром, такой громкий и настойчивый, что сначала Эфира приняла его за грохот взрывчаток Зарин, эхом доносящийся от дворца. Но, выглянув в окно атриума, увидела кроваво-красное небо и ослепляющие вспышки молний.
Двери атриума распахнулись, и вслед за двумя фигурами в помещение ворвались град и ветер.
Это были Сефу и Чайк, братья Кхепри.
– Что там происходит? – спросил Илья, спеша к ним.
– Битва окончена, – сказал Сефу, – но буря…
– Она здесь, – произнесла Эфира. Бог прибыл в Назиру. Конец приближался.
– Он атаковал дворец, – сказал Чайк. – Сорвал крышу. Кхепри, Хассан и Гектор были внутри. Мы не знаем, что с ними случилось.
Эфира уже была на полпути к двери, прежде чем поняла, что вообще движется.
– Куда ты? – крикнул ей вслед Илья и побежал за девушкой.
– Мы не можем здесь оставаться, – ответила она. – Нужно помочь найти их.
Илья схватил ее за запястье и потянул назад. Он ничего не сказал, просто изучал ее лицо. Его золотистые глаза были полны тревоги. Она знала, о чем он думает: если бог во дворце, Эфира не сможет пережить встречу с ним. Встречу с ней.
Потом он моргнул, взяв себя в руки и кивнул:
– Ладно. Пойдем.
Буря снаружи была хуже любой из виденных Эфирой. Улицы больше походили на реки, вода доходила до колена и была наполнена осколками. Молнии прорезали небеса, мерцая и вспыхивая вокруг них. Раскаты грома были такими громкими, словно столкновение планет. Дождь шел с самого утра, но теперь он превратился в град размером с кулак. Он бил с такой силой, что мог сломать черепицу и оставить синяки.
Пока они пробирались ко дворцу, по ним хлестал ветер, и потому они двигались к арочной галерее вдоль дороги Озмандит очень медленно. Чем ближе они оказывались к дворцовым воротам, тем больше признаков битвы и разрушения видели. Солдаты с обеих сторон пытались найти убежище от града и ветра.
Когда впереди замаячили ворота дворца, Эфира подавила крик ужаса. Стены были полностью разрушены, песчаник и искореженный металл стали дамбой для воды, несущейся ко дворцу.
– Что нам делать? – постарался перекричать ветер Илья.
Эфира пробилась вперед и стала осматривать руины ворот. Это будет сложно, но если забраться наверх, то с высоты она наверняка смогла бы найти Хассана и остальных.
– Я поднимусь туда, – сказала она Сефу и до того, как кто-то успел возразить, вышла из-под свода галереи и забралась на первую же стабильную опору, которую смогла найти. Одно неверное движение – и вся стена может обвалиться, так что Эфира сосредоточилась, методично пробираясь наверх. Она почувствовала, как ее накрыло безжалостное спокойствие, то же состояние, в которое она погружалась ночь за ночью, будучи Бледной Рукой.
Ее руки онемели к тому моменту, когда она добралась до вершины стены – или того, что от нее осталось, – и глянула на двор, теперь замусоренный обломками колонн и арок. И там, на дальнем конце двора, у подножия великой лестницы, Эфира увидела их. Две фигуры сидели возле упавшей колонны.
– Я вижу их! – крикнула Эфира Илье, Сефу и Чайку.
Примерно в сотне шагов от того места, где сидела Эфира, виднелась дыра в развалинах. Вода бежала через нее в два раза быстрее, и потому пересекать ее было рискованно. Сефу повел их, цепляясь за неровный песчаник и сражаясь с течением. Чайк следовал за ним, а Илья неуверенно шел сзади.
