Незнакомка наконец нашла ключи и открыла дверь машины, которая при ближайшем рассмотрении оказалась еще обшарпаннее. И несмотря на мольбы Измаила, села в машину.
– Такси возьми.
– Я в таком виде, что… все от меня шарахаются.
– Вот и я не исключение.
Тут Измаилу пришла в голову блестящая мысль встать прямо перед машиной. Женщина завела мотор и включила фары. В их свете Измаил, похожий на призрака в нелепом больничном халатике, надетом задом наперед, стоял к водителю лицом и загораживал дорогу, готовый дать себя переехать, если возникнет такая необходимость. Она включила дальний свет, но пугало не сдвинулось с места. Тогда женщина высунулась в окно и пригрозила, если немедленно не уберешься отсюда – раздавлю. Он закрыл глаза, расставил руки в стороны, держа в одной из них мешок с физраствором, и приготовился к мученической гибели. В раздражении женщина включила первую скорость, отчего сцепление задребезжало, проехала сантиметров десять и уперлась в зажмурившееся от ужаса привидение. Еще небольшой толчок – никакого эффекта. Она помедлила несколько секунд: из-за автомобиля, припаркованного за ней, выехать задним ходом было невозможно. И в конце концов решительно выскочила из машины, разъяренно размахивая зонтиком:
– Будь добр, уйди с дороги!
– Помоги мне, пожалуйста. Я заблудился. И сам не знаю, как я здесь оказался.
– А я как будто знаю. – Она хлопнула его зонтиком по спине. – Давай-ка убирайся отсюда!
Недолго думая, Измаил обежал кругом машины, открыл дверцу и забрался на пассажирское сиденье. Не решаясь сесть на место водителя рядом с ним, женщина крикнула, вон отсюда, а то полицию вызову!
– Прошу, не надо.
– Ты что? Полиции боишься?
– Полицию никто особо не любит. Но я тебе вреда не причиню.
Он поднял в воздух мешок с физраствором и показал ей, что трубка, присоединенная к нему, ведет к игле, вколотой в вену на его руке.
– Я совершенно безобиден, и у меня болит нога. – Тут он в первый раз чихнул.
Женщина села в машину и захлопнула дверцу.
– Отвези меня подальше, – попросил Измаил.
– Что за хрень с тобой стряслась? Ты сбежал из психбольницы?
– Отвези меня куда угодно, только подальше отсюда.
Незнакомка некоторое время поразмыслила, как будто исполнить эту просьбу было чрезвычайно сложно.
– Предупреждаю: я каратистка и к тому же злая как собака.
– Издалека заметно. Хоть я и не в себе.
– Я тебе не таксистка. – Она на него покосилась. – Ты чего шатаешься по улицам в чем мать родила?
– Я сбежал.
– Здесь нет никакой больницы.
– Они притворялись, что держат меня в больнице.
– Кто?
– Не знаю. – И, глядя в зеркало заднего вида: – Давай отъедем куда-нибудь? Возможно, меня ищут.
Она без малейшего сострадания к сцеплению врубила первую скорость и пробормотала, только этого мне сейчас и не хватало. Машина тронулась с места. Бражник рассыпался в благодарностях.
– Тебя мне сегодня недоставало, – ответила незнакомка, не глядя на него.
– Тяжелый день?
– Не твое дело. Объясняться здесь должен ты.
– Я сам не знаю, что со мной творится.
– Потрясающе. Тебя как звать?
В тысячную долю секунды он отыскал правильный ответ:
– Я не совсем в этом уверен.
– Потрясающе.
– Зовите меня Измаил.
– Как ты сказал?
– Я сказал, зовите меня Измаил.
– Ну что ж, буду звать тебя Измаил. А иногда тебя зовут по-другому?
– Нет, всегда Измаилом. Кажется.
– Ну а меня десять минут назад уволили с работы, и сейчас я веду разговоры с каким-то чужим мужиком, который в голом виде забрался ко мне в машину и говорит, чтобы его звали Измаил. Навалом в жизни всякой хрени.
Наступившее молчание нарушил Измаил, чихнув. Автомобиль ехал по промзоне на низкой скорости, как будто оставляя за собой право в любой момент переменить маршрут.
– Я тебя к себе домой в таком виде не поведу.
Молчание. Потом Измаил опять чихнул. Незнакомка, словно только этого и дожидалась, внезапно затормозила, заглушила мотор, с ключами в руках вышла из машины, открыла багажник и вернулась с одеялом неопределенной расцветки.
– Спасибо. У тебя в машине есть печка?
– В теории, да. – Она включила обогрев и тут же снизила скорость, так как они подъезжали к развилке. – В этой машине все сплошная теория.
– Но ездить-то она ездит.
– Скоро встанет, потому что бензина купить будет не на что.
– Ох… я…
Теперь затянувшееся молчание нарушила она:
– Ты говоришь, что ничего не помнишь.
– Это я так сказал?
– Ага.
– Я совершенно не в себе.
– Ты уже забыл, что еще сегодня лежал в больнице и сбежал оттуда?
– Нет-нет.
Он обрывками рассказал ей все, что произошло с тех пор, как ему принесли поужинать и выключили свет. Я перепугался, увидев, что больница липовая, и удрал. Шел-шел, потом увидел, как ты вышла из бара и хлопнула дверью, злая как черт. Сказке конец.
– А может, у тебя совсем чердак поехал?
– Не исключено. Но мне уже непонятно, кому верить.
– И ты решил угнать машину у незнакомой женщины.
