— Лейстранджи совсем не умеют проигрывать. Хорошего дня.
Джеймс чувствовал себя совершенно дезориентированным. Недавние события всё ещё шумели в голове гулким эхом, и он совершенно не понимал, что теперь со всем этим делать. Северус молча подошёл к выходу из зала и вопросительно взглянул на Джеймса. Пора было уходить…
— Домой?
Северус пожал плечами:
— Как скажешь.
Дома их встретил Ремус, который сразу понял, что произошло нечто такое, о чём лучше пока не говорить. Он тут же засобирался домой, сообщив, что Гарри ещё не просыпался, и, с тревогой взглянув на Джеймса, добавил:
— Если что-то надо, просто пришлите патронуса.
Всё-таки Лунатик был хорошим другом. Северус подвинул кресло к камину и сел, чтобы смотреть на огонь, вольно или невольно оказываясь спиной к Джеймсу. Начинать разговор он не спешил… что ж! Придётся самому.
— Что делать будем, Сев?
— Если ты про Лорда, то решай сам.
— А ты?
— А что я? Я понимаю твою обиду и…
— Стоп! Какую обиду?
— Джей, мы говорим всего-навсего о доверии. Я виноват и пойму, если ты…
Всё-таки никто не умел так усложнять жизнь, как это делал Северус! Но идти у него на поводу Джеймс точно не собирался.
— С ума сошёл? Или не ты только что был свидетелем, как можно потерять близкого человека? Вот это по-настоящему страшно, а остальное…
Северус даже кресло развернул, чтобы посмотреть на Джеймса.
— Ты серьёзно?
— Ещё как! И если ты на самом деле думаешь, что после всего, что было, я начну предъявлять тебе идиотские претензии, то ты просто дурак!
Ещё никогда Джеймс не видел, чтобы человек так радовался, когда его называют дураком! Северус пристально вгляделся в лицо Джеймса и, очевидно, увидел, что хотел, потому что его губы дрогнули, а потом растянулись в улыбке:
— Никогда не думал, что когда-нибудь начну восхищаться твоей мудростью или самообладанием…
— А я такой, да! И комплименты я тоже люблю, — Джеймс вздохнул, снова становясь серьёзным. — К Сириусу когда пойдём?
— Отправим Гарри к Андромеде и пойдём… — Северус запнулся. — Только, может, это… Люпина ещё позвать?
Джеймс запустил руку в волосы, дёргая за них. Ему всегда так лучше думалось… Лунатик, конечно, всегда умел найти слова утешения, но для Бродяги сейчас слов было мало.
— Давай тогда и Хвоста тоже, чтобы точно отвлечь. Когда Гарри родился, мы все вместе отмечали это событие и поклялись всегда «собираться по случаю». Случай настал…
Сириус, как Джеймс и подозревал, лежал на кровати в квартирке Северуса и даже не поднял головы, услышав шаги в комнате.
— Бродяга, — тихо позвал Ремус, — вино будешь?
Ответом был зубовный скрежет, но Лунатик упорно продолжал:
— Мы понимаем, но…
— Ни хера вы не понимаете! — Сириус рывком уселся на кровати, зло оглядывая вошедших: — Это невозможно понять… это даже представить…
— Я потерял Лили… — Джеймс почувствовал, как горло сжал спазм. — Я могу понять…
Краем глаза он видел, как Хвост, бледнея, отступил к двери, но удержался и не сбежал. Почему-то сейчас легко удалось представить себя на его месте, и Джеймс вдруг понял — от слепящей ненависти не осталось и следа, что дало силы продолжить:
— Ты знаешь, Бродяга, чего мне это стоило… и знаешь, что это я не сумел её защитить, а она смогла защитить Гарри… она… она ведь тоже выбирала, как Агата… и она выбрала то же самое… он ведь тоже живёт вместо неё, Бродяга… но скажи сам, разве бы мы не сделали то же самое… если бы можно было поменяться…
Джеймс говорил и с ужасом понимал, что так оно и есть, просто он раньше не осознавал этого. Просто потому, что боялся о таком задуматься… ну и сильно любил Гарри. Сириус смотрел на Джеймса и его взгляд становился всё более осмысленным:
— Но ведь это… Гарри.
— Да… и когда он родился, я тоже не мог представить его человеком… что он вот так вырастет… животных любить будет… дружить… ходить в гости по каминной сети… громить оранжерею Малфоев… И то, что я его буду так любить, я тоже не знал, понимаешь, Бродяга? И у тебя так будет… говорят, отцы дочерей даже больше любят. Назовёшь её какой-нибудь Кассиопеей.
— Альтаис, — хрипло пробормотал Сириус. — Мы хотели назвать её Альтаис… таких звёзд у Блэков ещё не было.
Джеймсу показалось, что он даже слышит грохот камня, упавшего с души… или это просто зашумело в ушах оттого, что стало легче дышать? Северус достал из карманов две бутылки вина и невозмутимо принялся сервировать стол, отправив Лунатика за стульями и заставив Хвоста трансфигурировать пробирки в бокалы. Пользуясь общей суматохой, Джеймс подошёл к Сириусу и, стискивая его в объятьях, почувствовал, как медленно расслабляются его мышцы.
— Спасибо, Джей.
