Командующий палубной авиацией Тихоокеанского флота при этом исходил из двух соображений: а) пара глотков виски после боевого вылета пилоту ну никак не повредят; б) в Пёрл-Харборе нормального виски не найти, а надо же ребятам в увольнении как-то отдыхать. В результате на «Энтерпрайзе» был создан стратегический резерв в 100 галлонов [380 л] приличного бурбона. В любом случае, в ту ночь можно было не подрывать боеготовность путём задействования запасов этилового спитра, на котором бегали американские авиаторпеды Mark 13, хотя дети поколения «сухого закона» вполне умели пить всё, что горит.
Злые языки поговаривали, что в ту ночь к живительной влаге приложился далеко не только лётный состав корабля, но при этом в журналах авианосца за 7 июня 1942 г. отсутствуют упоминания о каких-либо ЧП или дисциплинарных наказаниях. Либо личный состав и вправду провёл пьянку в образцовом соответствии с традициями – не попадаясь, либо все залётчики были сразу амнистированы. Для большей части экипажа «Энтерпрайза» сражение при Мидуэе на этом закончилось, но не для всех – последние из спасённых лётчиков авианосца были найдены лишь 17 дней спустя.
