— Не хотите ли вы сказать, — тут он выразительно обвел взглядом всех присутствующих, — что кто-то из вас не заметил, как плохи дела чародеев в Изгарде? Особенно у тех чародеев, что имеют отношение к Лиге? Господин Озрик, я представляю степень вашей привязанности к госпоже Стелле и к Академии, и не хочу вас огорчать, но буду откровенен: чародейству в этом княжестве приходит конец. По крайней мере, чародейству в том виде, при котором магам положены учебные заведения, занимающие прекрасные строения в черте столицы. Да и дел вскорости у многих влиятельных господ, что нынче не могут обойтись без помощников, убавится ровно настолько, чтобы им удалось сосредоточить все свое внимание лишь на спасении собственной шкуры. Не могу сказать, что я этому рад, но я всегда говорил, что Лига сама себя губит, когда пытается сделать из магов чиновников. С одной стороны, это позволило нашему сословию расплодиться до чрезвычайности. С другой — так не могло продолжаться бесконечно. И, сдается мне, те, у кого сейчас хватит ума покинуть Изгард, окажутся в выигрыше.
Я слушала его, упрямо сжав губы, поскольку понимала, что сказанное касается меня куда больше, чем Озрика. То была весьма опасная речь, заставляющая о многом призадуматься — я видела это по обеспокоенному лицу магистра Леопольда и по растущему воодушевлению во взгляде Озрика, теперь уж наверняка решившемуся сменить хозяина. Один Мелихаро все так же безжизненно и мрачно горбился, почти скрывшись в ночной темноте.
— Зачем меня ищет Лига? — спросила я, потеряв терпение.
— Я не знаю этого доподлинно, — ответил Сальватор, явно ожидавший этого вопроса и давно уж решивший, что на него следует ответить. — Делиться же догадками с тобой, не доверяющей мне, но доверяющей Каспару, я не стану. Подобное я обсуждаю лишь с близкими мне людьми.
— То есть, ни с кем, — мрачно подытожила я эту речь. — Ну что ж, спасибо за помощь, мессир Сальватор. Вы были в высшей степени любезны и щедры со мной, но, полагаю, вы в этом уверены и без моих благодарностей. Надеюсь, вы останетесь довольны своим новым секретарем, я могу ручаться за деловые качества господина Озрика.
Озрик презрительно фыркнул и нетерпеливо заерзал, намекая на то, что помощника столь важного мага, как Сальватор Далерский, негоже держать связанным. Конечно же, его чутья хватило на то, чтобы понять — отеческие чувства Сальватора весьма скудны и своеобразны, а вот расторопный секретарь вскоре может оказаться его правой рукой и пользоваться при том куда большим доверием, нежели строптивая дочь.
— Возможно, мы еще встретимся, — сказал мне Сальватор без особого воодушевления.
— Да уж, мне частенько не везет, — буркнула я в ответ. Разумеется, то было не самое трогательное прощание между отцом и дочерью, однако в глубине души я понимала, что мы разошлись на удивление полюбовно. И в том была огромная заслуга Сальватора, как ни крути.
Чародей и его новый секретарь растворились в дождливой тьме, оставив нас. Фонарь должен был вот-вот погаснуть, ночь выдалась темной и следовало пошевеливаться, ведь нам и без того предстояло объясняться с магистром Аршамбо, пусть даже формально. Из узнанного сегодня ничего не указывало на то, что перемена укрытия принесет нам какую-либо пользу. Леопольду предстояло и дальше изображать аспиранта, а нам — его верных помощников.
— Ну что ж, пора возвращаться, — грустно произнесла я, не глядя на своих спутников. Почему-то мне и в голову не пришло, что кто-то из них может со мной не согласиться — ночь становилось все сырее и холоднее.
— Нет уж, — вдруг подал голос Мелихаро, все так же стоявший на границе света и ночной тьмы. — Давайте сначала завершим дело, начатое Сальватором. К чему тянуть? Сделка между демоном и магом заключается довольно просто, и здесь очень подходящее место, чтобы произнести нужные слова…
От неожиданности я не смогла быстро подобрать нужные слова, закашлялась, затем протянула: "Э-э-э", что иногда помогало мне собраться с мыслями. Но в этот раз ничего разумного мне в голову так и не пришло, сколько я не морщила лоб.
— Господин Мелихаро, — наконец, сказала я, — право, я не уверена, что сейчас подходящее время, не говоря уж про место…
— Почему же? — тон демона мне совершенно не нравился, но угадать, отчего именно в нем звучат натянутые нотки, я пока что не могла. — Мессир Сальватор ясно указал, что теперь я перешел в вашу собственность и должен передать вам свои силы. Чем быстрее я это сделаю, тем вернее выполню его волю.
— Что за чушь! — я вновь искренне пожалела, что не имела возможности высказать Сальватору все, что думаю по поводу его подарка. — Мелихаро, вы не кошель с золотом, чтобы вас можно было кому-то дарить. Я согласилась на это мерзкое предложение лишь для того, чтобы Сальватор не забрал вас с собой! Собственно, он именно на это и рассчитывал, когда объявил о своей дурацкой затее. Уж не думаете ли вы, что я и впрямь позарилась на ваши силы?
