— Именно! — глаза Мелихаро метали молнии. — Тогда все посетители, уже здорово разогретые выпивкой, закричали: "Да это проклятущий маг, провалиться ему сквозь землю! Давайте утопим его в выгребной яме!". Этот гнусный тип, заслышав угрозы, разошелся еще больше и впрямь начал творить чары. Хорошо еще, что я в последний момент успел дернуть его за ноги и огненный шар, который он наколдовал, взорвался под столом. Никто из горожан не пострадал, иначе б нас точно повесили в ту же ночь, а вот мы порядком обгорели. Стол развалился на мелкие щепки, и мы, как две подожженные шутихи, помчались к окну, воспользовавшись всеобщей суетой, затем…
Тут демон замялся, а магистр Леопольд ядовито спросил:
— Ну, что же вы не рассказываете, что было дальше?
— Да какая разница? — вспылил Мелихаро. — Вы во всем виноваты, как ни крути.
— Он застрял, — довольно сообщил мне Леопольд. — Я пролез через окно в единый миг, а этот кургузый увалень застрял намертво. Я тянул его за руки, а с той стороны его тянули за ноги, и кричали, что вот-вот принесут вертел с кухни, да пырнут хорошенечко злодея, благо промахнуться было сложно.
— Он смеется! — демон всплеснул руками. — Нет, вы посмотрите — он светится, точно майское солнце! А ведь меня все же продырявили этим злополучным вертелом, правда, удар пришелся вскользь — в этот момент я наконец-то протиснулся в окно, хоть с меня при этом и содрали штаны вместе с сапогами. Кстати, поразмыслите-ка, Рено, кто виноват в том, что я нынче застреваю в окнах?
И демон испепелил меня взглядом, тут же позабыв, как обвинял только что в своих бедах магистра Леопольда.
— То есть, вы оставили мулов там? — спросила я, не желая выслушивать привычные обвинения.
— О, нет, мулов мы оставили в другой харчевне, — ответил Мелихаро. — Видите ли, этот господин до того как мошенничать при игре в кости, пытался честно играть в карты, и проиграл больше, чем у него при себе имелось. Тогда я сказал, что мы оставим в залог мулов, и вернемся за ними на следующий день. Если бы я признался, что у меня были при себе монеты, то чертов кутила проиграл бы и их, и мулов. А так я хотя бы сберег деньги, на которые и надеялся выкупить животин…
Не успела я сказать, что это было весьма похвальным и предусмотрительным решением, как выражение лица демона скисло и он продолжил:
— …Но ведь нас потом арестовали…
— Арестовали! — воскликнула я в ужасе.
— Да, после случая с кошмарным огненным шаром…
— …И ужасным крошечным окном, — вставил Леопольд.
— Да, и окном, в котором я чуть было не погиб по вине двух знакомых мне чародеев!.. — Мелихаро со значением перевел взгляд с меня на Леопольда. — После этого всего магистр не угомонился, и сказал, что мы просто обязаны выпить. И мы пошли в третью таверну, хоть я был и без штанов. Там мы перевели дух и по понятной причине решили обсудить все, что с нами приключилось. Должно быть, мы говорили слишком громко и пару раз в запале помянули князя Йорика, уж не помню, по какому поводу — возможно, досадовали, что праздник получился слишком пышен и прекрасен благодаря неимоверной щедрости Его Светлейшества, — на этих словах демон повысил голос и повертел головой, проверяя, хорошо ли расслышали его прохожие. — Кто-то услышал наши гневные речи и позвал стражу. Сначала господин Леопольд, вспомнив недавний случай, начал кричать, что во всем виноваты чародеи. Но эти стражники оказались не так уж просты. Главный из них спросил: "С чего бы это господин хороший клянет чародеев, если дозволение на их деятельность дал сам князь Йорик и Артиморус Авильский постоянно бывает в княжеском дворце?…". Магистр Леопольд несколько растерялся, и начал было клясть священнослужителей, но тут стражники сказали: "Да ты еще и богохульник! Известно ли тебе, что князь денно и нощно благодарит бога за рождение наследника?", и нас повязали, объявив, что мы призывали к бунту против светлейшего. Особенно их возмутило то, что я при этом был без штанов. "Как смеешь ты, бездельник, произносить имя князя, имея столь срамной вид?! Да это без малого государственная измена!" — сказали они и потащили нас к городской тюрьме.
— Черт побери! — растерянно произнесла я. — И что же?
Мелихаро вздохнул, вздохнул и Леопольд — я догадалась, что стражники их наградили немалым количеством пинков, прежде чем эта грустная история пришла к развязке.
— Вскоре мы догадались, — сказал демон, в чьем голосе угадывались язвительные нотки, — что стража не просто так демонстрирует подобную широту взглядов, защищая одновременно и чародеев, и бога, да еще не скупясь на тумаки — их и впрямь было многовато для простого раздражения, накопившегося за время службы. То был явный намек. Я отдал им все наши деньги, магистр прибавил к ним еще и свои сапоги, и они нас отпустили… После этого мы блуждали по улицам, не в силах найти пристанища, а какие-то гадкие мальчишки, заметившие нас во время фейерверков, решили, что раз мы оборваны и черны, то нам не повредит еще и толика краски. Мы бежали от них три квартала, но они нагнали нас и выплеснули нам на головы не менее трех ведерок!..
