Воцарилась тишина. Леопольд и Мелихаро смотрели на меня глазами побитых собак, но видно было, что вслух они свою вину не признают ни за что.
— Вряд ли нам стоит возвращаться в дом Аршамбо, — с осторожностью произнес Мелихаро, пытаясь сохранять вид человека, контролирующего ситуацию. — Мы профукали мулов Академии, у нас нет денег, сапог, одежды и выглядим мы так, что нас не пустят на порог. Даже на разбойников подобный ущерб не спишешь. Но ведь в любом случае у нас не вышло бы долго продержаться — магистр не поехал знакомиться с аспирантом, и вскоре об этом бы стало известно… Кстати, что вышло из этой поездки? Как вы унесли ноги? Аспирант сильно гневался?…
Я посмотрела в небо, пытаясь собраться с мыслями, и, в конце концов, призналась:
— Вообще-то все сложилось немного не так, как я предполагала.
— Что вы имеете в виду? — встревожился демон.
— Так уж вышло, — сказала я, избегая смотреть в глаза Мелихаро, и уж тем более не желая встречаться взглядами с Леопольдом, — что мы сумели договориться с аспирантом и он обещал не выдавать нас. Как видите, у нас нет повода сбегать…
— Постойте-ка, — растерянный демон не смог выбрать, что же в моих словах удивило его больше. — Но что мы скажем, когда у нас потребуют вернуть мулов? А наш плачевный вид?… И, будь оно неладно, что означает — "договориться с аспирантом"? С чего бы ему нас покрывать?
— Мулов мы выкупим, — несмотря на то, что я сообщала добрые вести, мне становилось все неуютнее. — Да и новой одеждой разживемся…
— На какие шиши? — подозрительно осведомился Мелихаро, а магистр Леопольд недоверчиво фыркнул.
Терзаемая весьма двойственными чувствами, я достала кошелек из сумки и приоткрыла его. Глаза моих спутников округлились. Должно быть, точно с таким же глупым выражением лица я сама смотрела на полновесные золотые монеты пару часов назад.
— Откуда это богатство? — шепотом спросил Мелихаро. — Только не говорите, что вы кого-то ограбили! Нам точно конец! Где вы могли найти столько денег?…
— Спрячьте немедленно! — прошипел магистр Леопольд, оглядываясь. — Боги, я чувствовал себя куда спокойнее, когда не имел за душой и полушки!
— Не волнуйтесь, — я послушно вернула кошелек на место, ведь меня, признаться, он тоже пугал. — Я не украла эти деньги, их мне подарили…
— Кто мог их вам подарить? — хором произнесли маг и демон, скроив при этом одинаковую недоверчиво-презрительную гримасу.
— Аспирант, — едва слышно промямлила я, понимая, что расспросов избежать не удастся.
— Аспирант согласился потворствовать нашему обману и дал вам денег? — вытаращился на меня Мелихаро. — Но почему? Зачем незнакомому человеку ввязываться в темную историю, да еще и дарить вам кошелек? Или… погодите-ка, а точно ли он вам незнаком? — как я и опасалась, демон быстро уловил суть произошедшего, и глаза его округлились. — Проклятие, да я, кажется, понял, что произошло! Ну нет, это уж слишком! Сначала мы приезжаем сюда потому, что вам неймется разузнать что-то об одном проходимце, а теперь находите второго, ничуть не лучше! И берете у него деньги!.. О, не думал я, что вы способны пасть так низко!
— А я вот ничего не понял, — с достоинством произнес Леопольд. — Но чувствую, что наши дела запутались еще больше.
— Да все ясно как божий день! — вскричал возмущенный демон. — Второй аспирант — ее старый знакомый! Наверняка, тот самый, что выдал ее Лиге пять лет назад — иначе с чего бы ему взбрело в голову одаривать ее деньгами? О, я помню эту историю! И от такого ненадежного человека зависит нынче наша безопасность?! Ну все. С меня довольно! Я терпел, когда она чахла от неразделенной любви к Каспару, будь он проклят, но понимал, что уж больно ярок ореол спасителя у образа этого скользкого типа. Но этот-то! Этот!
— У меня не было другого выхода, — сказала я угрюмо. — Он выдал бы нас, если бы я не приняла его правила игры. И, к тому же, его деньги нам очень сильно пригодятся. Быть может, я бы и вернула их при первом же случае, но не теперь, когда один из вас остался без сапог, а другой еще и без штанов. Посему я предлагаю окончить споры, и отправиться на поиск городских бань, а по дороге купить рубах, штанов да прочего добра. Надеюсь, эта краска на ваших физиономиях не настолько доброго качества, чтобы ее нельзя было оттереть щеткой…
