Мы подошли к одному из заборов, и Альгидрас уверенно распахнул калитку, придержав ее передо мной. Я, шагнув во двор, с тревогой подумала о собаке, но во дворе было пусто.
– Собака сегодня на псарне, – словно прочитав мои мысли, произнес Альгидрас.
Посмотрев на дом, я заметила резные наличники и узор над дверью. Вряд ли в Свири было несколько резчиков по дереву с похожей техникой.
– Ты здесь живешь?
Альгидрас, запиравший за нами калитку, вскинул на меня голову и после паузы осторожно кивнул. Ну вот, а я так хотела узнать, где находится этот дом. Еще и суток не прошло. Пользуясь тем, что собаки нет, я медленно двинулась через двор к дому. Мне очень хотелось рассмотреть узор.
– Нам пора, – раздалось позади.
– Можно я посмотрю? – спросила я, повернувшись к Альгидрасу, который засовывал под жилет какой-то сверток. За ним он, видимо, и заходил.
Спрашивала я, признаться, больше ради проформы. Ну кто бы отказал восхищенному зрителю?
– Нечего там смотреть. Пойдем.
Я обернулась, заправляя волосы за ухо. Альгидрас стоял посреди двора и смотрел на меня так, как смотрел в нашу первую встречу на дружинном дворе: ничего не выражающим взглядом куда-то в район моего плеча. Да что с ним такое?
– Это займет полминуты, – ответила я, изо всех сил стараясь не злиться.
– Времени нет. Тебе нужно готовиться к празднику. Нельзя заставлять ждать князя.
– Да мы спорим дольше! Я бы уже посмотрела! – все-таки повысила голос я.
И, странное дело, чуть только я повысила голос, Альгидрас сразу словно подобрался, глубоко вдохнул и выдохнул:
– Хорошо.
Я моргнула, не веря в перемену. Смотреть резьбу мне уже расхотелось. Скользнув взглядом по завиткам какого-то растения, оплетавшего дверной косяк, я подумала о том, что сейчас произошло, и для разнообразия решила высказать свои мысли. Не все же им меня с ума сводить?
Демонстративно медленно приблизившись к Альгидрасу на расстояние вытянутой руки, я нацепила на лицо жизнерадостную улыбку:
– Ты боишься плачущих девушек? Или не переносишь разговора на повышенных тонах?
Спохватилась, что опять слишком сложно строю предложения, но решила, что мне все же плевать. Пусть жалуется, если хочет. Этим высказыванием я заслужила долгий взгляд и тень усмешки. Да что же он словами-то не отвечает никогда?
– Ну, признайся! Чего ты так испугался?
– Того, что твой суженый сойдет на нет от ожидания, – неожиданно ответил Альгидрас.
– Ничего. Девушкам свойственно опаздывать.
– На праздничный пир с князем?
Я посмотрела на него почти с восхищением. Надо же. А мы пикироваться умеем. Я снова мило улыбнулась, Альгидрас не менее мило улыбнулся в ответ.
– Мы опаздываем, помнишь? – не переставая улыбаться, ответила я.
– Я-то помню.
Он указал в сторону ворот, и мне ничего не оставалось делать, как пройти в ту сторону. У ворот я остановилась и уже серьезно спросила:
– Почему ты был против того, чтобы я смотрела?
Он сдвинул корзину на сгиб локтя, дернул засов и только потом повернулся ко мне.
– Мы одни в закрытом дворе.
– И что? – не поняла я.
Вот со Златой он один в закрытом доме был, когда мы с Добронегой приходили. И ничего. Или это потому, что она замужем, а я нет? Ну так он же побратим. Это же ближе кровного родства.
– Что тут такого?
Альгидрас выдохнул так, что его неровно остриженная челка взлетела вверх, и посмотрел на меня с какой-то усталой обреченностью.
– Ты себя как сейчас чувствуешь? – неожиданно спросил он.
Да они все с ума посходили, что ли? Впрочем, если этот вопрос задают все время, значит, в нем есть какой-то смысл.
– Хорошо, – спокойно ответила я. – У меня еще побаливает рука после стрелы, но больше ничего не беспокоит.
Альгидрас несколько секунд смотрел мне в глаза, потом отвел взгляд, пожевал нижнюю губу, словно что-то прикидывая.
– Ладно. Нам не нужно оставаться одним, потому что Радиму это не понравится.
Шикарный ответ. И главное – сразу всем все стало понятно.
– А почему ему это не понравится? – пытаясь сохранить остатки терпения, уточнила я.
– Потому что… Пф, – Альгидрас снова выдохнул, а потом неожиданно разозлился. – Давай я просто отведу тебя к Добронеге? Я не могу больше быть с тобой! Мне еще на службу. Князь в Свири! Радиму и так нелегко. Давай мы ему поможем, без глупых вопросов?! Хорошо?!
Я непроизвольно сделала шаг назад и по-новому посмотрела на Альгидраса. Меня поразили две вещи. Во-первых, его все-таки можно вывести из себя. То есть, конечно, он спорил вчера с Радимом после церемонии, но это выглядело совсем не так: горячился воевода, а Альгидрас был относительно спокоен, чем бесил Радима еще больше. А вот сейчас он явно вышел из себя. И пусть он не заорал, а, скорее, прошипел все это так, словно за воротами стояло пол-Свири, надеясь что-то подслушать, эмоции были налицо. Но вторая вещь была куда более любопытной. Он говорил сейчас не как свирец! И дело было не в акценте. Речь была сложнее. И она, скорее, походила на мою. То есть получается, что с Радимом он говорил так же, как говорит Радим, со мной же… Это было настолько неожиданно, что, когда Альгидрас зло распахнул калитку, я безропотно в нее вышла.
