Вот в этом и лежит причина его снисходительного и бережно го отношения даже к плохим работникам. Он хотел всякому дать 410 И. В. ЗАВАДСКИЙ возможность пройти ту школу, которая научила бы полезной работе. Нужно сказать, что и в этом вопросе Иван Петрович впол не прав. Ни почести, ни слава, ни богатство не удовлетворяют и не могут удовлетворить разумного человека. Истинное удовлет ворение, истинное счастье можно найти только в сознании по лезности и продуктивности своей работы.
<1941>
Иван Петровича учитель
Хмурое осеннее петербургское утро… Но в переполненной сту дентами аудитории кафедры физиологии Военномедицинской академии не чувствуется осени. Гулкое эхо разносит молодые го лоса, восклицания, смех. Сюда, на Выборгскую сторону, впер вые после летних каникул собрались студентымедики второго курса, съехавшиеся с разных концов России. Это было 1 сентяб ря 1906 г.
Ровно в 9 час. в аудиторию быстро входит с часами в руках Иван Петрович Павлов, сопровождаемый своими ближайшими сотрудниками. Он садится в широкое венское кресло с овальной плетеной спинкой, бодро вскидывает голову, обводит взглядом аудиторию, улыбается, молчит несколько мгновений, словно собираясь с мыслями, и начинает читать нам лекцию.
Впечатление от первой встречи иногда бывает настолько глу боким, что остается на всю жизнь. И в моей памяти незабывае мо запечатлелась добрая фигура учителя.
Высокий и широкий лоб Павлова обрамляли гладко зачесан ные назад седоватые волосы. У него были живые серые глаза. Густые темные брови составляли контраст с седой окладистой бородой. Седые усы и борода делали его лицо особенно привле кательным. Он носил отложные воротнички и накрахмаленную манишку, черный галстук «бабочкой» был тщательно повязан. Голос у Ивана Петровича особенно запоминался: говорил он гром ко, чисто и плавно.
На нижней скамье амфитеатра полукругом сидели сотрудни ки и ассистенты Павлова. В исключительной тишине речь Ивана Петровича звучала както особенно четко. Рисуя в своей первой лекции краткий исторический путь, пройденный физиологией, Иван Петрович говорил нам о великих основоположниках совре менной физиологии — Клоде Бернаре и И. М. Сеченове, тепло 412 Е. А. НЕЙЦ вспоминал своих учителей — русского физиолога Циона и немец кого ученого Людвига, подчеркнул свою постоянную связь с клиникой С. П. Боткина. Павлов призывал серьезно взяться за изучение физиологии — основной науки для каждого клиници ста. Он рекомендовал нам перед каждой лекцией штудировать соответствующий раздел из руководства, составленного его дру гом, гельсингфорсским профессором Тигерштедтом.
Речь Ивана Петровича была удивительно простой, в ней по чти не встречалось иностранных слов. Это была обычная разго ворная речь, поэтому и лекция носила скорее характер беседы. Очень часто, как бы самому себе, он ставил вопрос и тотчас же отвечал на него. Особенно ценно было то, что Иван Петрович дал нам право без всякого стеснения задавать ему вопросы, если что либо покажется непонятным. И если вопрос оказывался толко вым, Иван Петрович с большим оживлением отвечал на него.
Из года в год три раза в неделю читал нам свои лекции Иван Петрович. И не было ни одной лекции, которая не сопровожда лась бы демонстрацией опыта, иллюстрирующего соответству ющую главу курса. Это были даже не столько лекции в обычном их понимании, сколько блестящий показ основных глав физио логии и вместе с тем очередная проверка самим Иваном Петро вичем основных положений физиологии. Опыт обычно подготав ливался к началу лекции. После короткого вступительного слова начиналась демонстрация опыта, и Иван Петрович, рассуждая вслух, еще раз сам наблюдал данный факт. Малейшее отклонение в ходе опыта подвергалось всестороннему анализу, и, таким образом, лекционные демонстрации подчас вели к тому, что Иван Петрович набрасывал планы необходимых изысканий.
Постановка демонстраций была всегда блестящей. Для нас, студентов, оставалась скрытой громадная напряженная работа ассистентов и самого Ивана Петровича. Это я узнал позднее, когда стал часто бывать в его лаборатории.
На дворе еще глубокая темень, а в лаборатории при свете элек трической лампы у операционного стола уже стоял неутомимый исследователь. Здесь готовилась не показная сторона лекции, а гениальный ученый еще раз сам экспериментировал и наблюдал. Надо было видеть и чувствовать, с каким волнением и страстью Павлов испытывал природу и ждал ее ответа на поставленные вопросы! Здесь мы учились не только технике, не только высо кой научной честности, но творчески устанавливали закономер ности природы. Как сейчас вижу Павлова в лаборатории. Вот, глубоко задумавшись, Иван Петрович на своих губах проверяет силу электрического тока, раздражает приводящий нерв. Ожи Иван Петрович как учитель 413 даемый результат получен. Сколько радости и торжества над природой звучит в довольном смехе Ивана Петровича!
