— Она дракон, Рошан. А драконы всегда чувствуют приближение смерти, ведь так? Но она еще и человек, и не хочет огорчать тех, кого любит. И я думаю, она боится за своего ребенка. Тот же Эн-Ферро, если бы он знал, мог бы попытаться что-то предпринять, чтобы сохранить ей жизнь. Ликвидировать причину заболевания. У него получилось бы, ее защита теперь не выдержит.
Хранитель подошел к окну, за которыми жил своей жизнью ничего не подозревающий город, уперся ладонями в подоконник и прижал лоб к холодному стеклу. Ликвидировать причину заболевания? Лайс смог бы. Она не простит, но он именно так и поступил бы. А возможно, и нет. Ведь ничего еще не известно наверняка.
— Гвейн сказал бы мне, — произнес он, не глядя на гостью. — Он сам много раз повторял, что Галла важна, что у нее есть какое-то предназначение…
— Есть. Она исполнит его и умрет.
Третья в Совете достала из сумочки в несколько раз сложенный тетрадный лист и протянула его обернувшемуся дракону.
— Это полный текст. Не думаю, что сказочник показывал тебе его.
Перед глазами заплясали буквы знакомого пророчества. Почти знакомого.
— И суждено так быть пока не придет дитя крови дракона, но и человека… и эльфа, и орка — первых ступивших в Миры народов…
— Теперь ты понимаешь? Гвейну безразлично, что с ней будет, важен лишь этот ребенок.
Рошан успел дочитать до конца. Если все написанное — правда, то этот ребенок более чем важен. И Гвейн, наверное, прав, что не пытается вмешаться, но… это ведь не Гвейн пробирался ночами в квартиру на третьем этаже обветшалой сталинки, чтобы просто посидеть у детской кроватки, не Гвейн стоял у ворот садика, страхуя от нечаянного падения забравшуюся на самый верх лесенки малышку, не он прогонял хулиганов с вечерних улиц, когда она возвращалась из школы, и не на плече Хранящего Слово она плакала, когда очередной смазливый негодяй разбивал наивные девичьи мечты…
— И это еще не все, — продолжила Видящая Суть. — Гвейн готов рискнуть не только твоей девочкой. Галла связана и с Иолларом, и с Лайсом. Сказочник уже вычеркнул обоих и сделал ставку на мальчишку-Проводника.
— То есть, если она умрет, утянет и их за собой?
— Сомневаюсь. Старик ее недооценивает. Все же Галла — дракон, и успеет разорвать нити, которые завязала сама. По крайней мере, Эн-Ферро она с собой не заберет. А Сумрак намного сильнее, чем думает Гвейн, и незавершенное дело продержит его достаточно долго. Если он сам не сорвется. Его психика и так оставляет желать лучшего, а Гвейн не оставит ребенка опасному безумцу. Иоллар чужой на Таре, и по нашим законам к нему допустимо применить меры как к угрозе извне. Один неверный шаг, и Хранящий Слово сам его уничтожит.
Рошан прикрыл глаза и попытался представить, будет ли ему жаль Иоллара. Оказалось, что не очень. Особенно если на тот момент Галлы уже не будет.
— Значит, останется только Лайс, — прошептал он.
Женщина удивленно округлила глаза:
— Рошан, что ты… Ты принимаешь условия Гвейна?!
— А чего ты ждала от меня, Джайла? Какой вообще у тебя интерес в этом деле?
— Интерес? — женщина вздохнула и утомленно потерла виски. — У меня нет никакого интереса, Рошан. Я просто устала. Устала быть драконом, как бы странно это не прозвучало. Устала равнодушно наблюдать за тем, что происходит в Мирах, и делать вид, что мне это безразлично. Возможно, Гвейн неверно толкует это пророчество. В нем говорится о переменах. Так может, не стоит их ждать, сложа руки? Может, пора уже самим что-то изменить?
— Подбиваешь меня на нарушение законов? — нахмурился дракон.
— Я? Ни в коем случае. Просто делюсь с тобой своими мыслями, о том, как мне жаль, что я ничем не смогу помочь. Мне ведь не пройти на Тар. После прорыва Дивера Алан помогал Гвейну выставлять ограничения. Понимаешь, о чем я… Разрушитель Границ?
Может, пора уже самим что-то изменить, как сказала одна мудрая женщина, которой надоело быть драконом?
Но что он потеряет, став на путь перемен? Статус, власть, уважение других членов Совета — немало. А что приобретет? Лишь зыбкую надежду на то, что однажды она сумеет понять и простит его…
— Не нужно ставить вопрос таким образом.
Лайс молчал, говорила Мариза — еще одна неглупая женщина, к которой стоило прислушаться.
— Я не знаю, как это у драконов, но человеческий ребенок, рожденный на два месяца раньше срока, вполне жизнеспособен. Даже без специального оборудования есть шансы.
— У драконов не бывает преждевременных родов, поэтому…
— Поэтому попробуем спасти обоих.
Доктор Гиалло была настроена решительно, и ее уверенность заражала. Но сомнения все еще оставались.
— В определенный момент может встать вопрос выбора, и нужно определиться уже сейчас…
— В Бездну, Рошан! — взорвался, не выдержав напряжения, Эн-Ферро. — Выбор уже сделан, раз уж ты здесь, а мы согласились на все это!
— Я напишу список инструментов и препаратов, которые могут мне понадобиться, — стараясь не поддаваться панике, продолжила карди. — Как только вы сможете их достать, я буду готова.
