Поднявшись по потайной лестнице, Рен остановилась, чтобы вслушаться в скорбный вой ветра. До нее донеслись слабые звуки затихающих разговоров и музыки. Снег сыпался со сломанной лестницы и кружился по полу, как поднятая пыль. В холоде и тишине атмосфера в комнате казалась умиротворенной. Безмятежной, как будто они вернулись в мир, который и не заметил, что они ушли. Двенадцать отдаленных ударов часов возвестили о наступлении полуночи.
Каким-то образом они сделали это. Теперь ей нужно было найти королеву.
– Вы обнаружили темные и ужасные секреты Колвик-Холла? – раздался громкий голос.
Рен резко обернулась и увидела фигуру в самом темном углу комнаты. Свет свечей мерцал на прекрасном плаще. Агаты мерцали, как ракушки на побережье.
Лоури.
Он шагнул вперед, держа в руках канделябр. Весь состоящий из ярко-оранжевых и черных оттенков, он выглядел как существо, наполовину созданное в огне. По спине пробежали мурашки. Она знала, что доза была меньше, чем обычно, да еще и разбавлена алкоголем, но он еще не должен был прийти в сознание.
Он не должен был быть
– Как?
– Хлоралгидрат, – протянул он. Когда он сделал еще один шаг к ней, свет заблестел на металле. В другой руке он держал нож. – Сильнодействующая вещь – или, по крайней мере, так было раньше. Я начал принимать его много лет назад от бессонницы.
Хэл толкнул Рен себе за спину.
– Найди королеву. Я справлюсь с ним.
Лоури щелкнул языком и поставил канделябр на пол.
– Вы бы так не спешили, если бы понимали, что оказались в ловушке. Как легко я могу потопить вас обоих.
Все рациональное внутри умоляло ее послушать Хэла и убежать. Но ненавистный вид Лоури, такой самодовольный… Хотя бы раз она хотела увидеть неподдельный страх в его глазах. Она хотела, чтобы он знал, что проиграл. Она хотела наказать его за то, что он сделал с Байерсом.
Рен протиснулась мимо Хэла.
– Нет. Потонешь здесь ты. Ты убил моего друга и теперь заплатишь за это.
– Разве? – Лоури поднял руки и одним плавным движением провел ножом по тыльной стороне ладони. Рен втянула воздух сквозь зубы, но лицо Лоури осталось совершенно непроницаемым. Кровь застучала по каменному полу, забрызгала его ботинки. – Представь, что будет, если Королевская Гвардия наткнется на эту картину. Бедный, неуклюжий я, загнанный в угол целительницей, которая предала свою страну, и Хэл Кавендиш. – Лоури сократил расстояние между ними и схватил ее за локоть поврежденной рукой. – Что они подумают, когда увидят, что ты испачкана в моей крови?
Рен отпрянула от него, от ухмылки, расползающейся по его лицу. Когда она посмотрела вниз, ее руки дрожали. Ярко-красная полоса покрывала ее правую руку от локтя до кончиков пальцев.
– Это совершенно правдоподобно, – продолжил он. – Ты подмешала мне снотворное и напала. Как только я нанесу себе рану гораздо худшую, чем эта, будет казаться чудом, что я смог выжить.
– Это и есть твой план? Все еще пытаешься заставить меня играть по твоим правилам? Ты впал в отчаяние.
– Да, со стороны, я думаю, это похоже на действия отчаявшегося человека. – Лоури рассеянно повертел мокрое лезвие в пальцах. – Но, увы, нет. Это не входит в мой план, каким бы захватывающим он ни был. Скандал века: Алистер Лоури чуть не убит на собственной вечеринке королевским бастардом и Жнецом Весрии.
– Ты должна идти, – на этот раз более настойчиво произнес Хэл. – Он просто пытается отвлечь тебя.
– Ты ранишь меня, Кавендиш. – Лоури вскинул руки, словно в мольбе. – Что ж, возможно, я действительно тяну время, чтобы мои гости ушли. Намного легче вести дела, когда нет ушей повсюду. Но я обращаюсь к вам с жестом доброй воли, с моим последним предложением. Хотя вы и пытались помешать мне на каждом шагу, я – воплощение великодушия.
Рен свирепо взглянула на него, пошатываясь.
– Ты не в том положении, чтобы вести переговоры. Как только доказательства…
– Все, что ты нашла, моя дорогая, ничего не значит.
Рен пыталась найти в его глазах отблеск лжи.
– Ты… ты блефуешь.
– О, ты все еще веришь, что в этом мире есть место правосудию, – печально вздохнул Лоури. – Твоя наивность почти трогает меня. Будет обидно увидеть, как твоя Бумажная королева сокрушит его раз и навсегда.
Рен замерла. Что он имел в виду?
– Вы оба потрясающе играли, но, боюсь, вам изначально было суждено потерпеть поражение. Ты не устал, Кавендиш?
Хэл молча смотрел на него, в его глазах плескалась неприкрытая ненависть.
– Ты не хуже меня знаешь, что в такую погоду далеко не уйдешь, – невозмутимо продолжил Лоури. – Если ты не убьешь меня – что поставило бы твою возлюбленную в неловкое положение, – я скажу Гвардии, что ты здесь. Но если ты поможешь мне, мы сможем договориться. Твои глаза за твою жизнь. Что ты на это скажешь?
– Какую бы месть ты ни хотел осуществить, она тебя сильно разочарует, – медленно произнес Хэл. – Пока у меня нет сил, я не нужен своему народу.
Лоури издал радостный надрывный звук, едва похожий на смех.
– Ты правда думаешь, что дело в чем-то столь мелком, как месть?
Хэл вздрогнул.
