В коридоре нас уже ждали роботы. Теперь их стояло трое, оружие у них было наготове, но они не выстрелили. Видимо получили приказ от Тибериуса не стрелять. Зато они славно позабавились, охаживая нас кнутами с электричеством. Из его руки вылетал хлыст, представляющий из себя мягкую металлическую плётку и при соприкосновении с кожей, следовал разряд. Уж не знаю сколько там было вольт, но волосы мои встали дыбом сразу после первого щелчка. После второго правая половина тела онемела, и я припал на одно колено. Робот продолжал полосовать меня не зная жалости. Где-то после шестого или седьмого удара я потерял сознание и свалился кулём на пол. Папаша Кац уже лежал рядом, из его рта валила белая пена, а зрачки закатились наверх. Самым стойким оказался Арнольд, он выдержал порядка десяти ударов и рухнул как Пизанская башня, устроив при этом маленькое землетрясение.
— Как думаешь, Кобра, долго нам здесь ещё торчать? — Наташа сидела на своей койке рядом с ней обняв колени.
— Не знаю. Ребят внешники тоже допрашивают.
— С чего ты взяла? Может их и нет уже, — вздохнула Наташа.
— Есть, есть. Я чувствую. И потом зачем мы им без Женьки? Сразу бы в расход пустили. Кстати, что они там долго с тобой делали? Уже и обед прошёл, а тебя всё нет.
— Я сама ничего не поняла. Меня мужик какой-то допрашивал, представился Тибериусом. Всё как в тумане.
— Что значит допрашивал? — не поняла Кобра. — Я вот, к примеру просидела полчаса и меня отвели назад в камеру.
— Ну спрашивал, только не напрямую, а через переводчика. Я тогда ещё подумала, что у Астры был автоматический переводчик, а этот по старинке через человека.
— Переводчика?
— Ну да, там ещё кто-то был, но вот убей, не вспомню. Кто-то стоял за спинкой кресла, в котором я сидела и переводил, а потом я провалилась в колодец. Как на приёме у знахаря. Так прикольно было, ты не поверишь. На дне колодца лежало множество корней, тёплые и упругие…
— Ну-ну? — ухмыльнулась Кобра. — И они тебя… того?
— Ага, а ты откуда знаешь? — оживилась Наташа.
— Со мной один раз такое тоже было. Прикольные ощущения. Они такие большие и толстые… — мечтательно подняла глаза Кобра, вспоминая те ощущения.
— Прямо мой случай. Ты не поверишь я даже кончила, а потом… короче совершенно не помню, как сюда привезли.
— Так вот, чем ты там занималась, а я всё переживала, живая Наташа или нет, — рассмеялась Кобра.
— Такие допросы мне нравятся, — кивнула Наташа, залившись румянцем.
— Ну ещё бы. Ты давно с Лесником была? — вдруг спросила Кобра.
— Давно, — задумчиво ответила девушка. — Порядком уже, он как бы не против, но все эти смерти. Сперва Астра, за ней Лиана. В последнее время он даже похудел с горя, в лице изменился. А потом полёт этот, короче давно. Ты тоже не с кем после Черепа?
— Не-а, — покачала головой Кобра. — А ты знаешь, что Череп был на два года старше папаши Каца?
— Это ты к чему сейчас? — не поняла Наташа.
— Ну… — протянула Кобра.
— Ой, мать, да тебя на старичков тянет оказывается, — прыснула со смеху Наташа.
— Ну а чего, они ещё очень даже ничего, тем более здесь. В Улье.
— Но Изя же маленький и лысый! — ужаснулась Наташа.
— Знаешь, говорят с лица воду не пить, — нравоучительно ответила Кобра.
— Скорее с лысины.
— Лысина — это признак зрелости! — на этот раз они засмеялись вместе. — Ты помнишь в каком теле я была, когда мы встретились?
— Бойкая такая старушка, помню, — кивнула Наташа.
— Так вот на меня вообще никто внимания тогда не обращал, а я ведь была двадцати пяти лет от роду. Представляешь каково мне? Только вот как-то один старичок приласкал…
— Ага! — воскликнула Наташа. — Понятно теперь откуда у тебя такая тяга к «зрелым» мужчинам. Не осуждаю.
— Кого здесь можно осуждать? Улей же. Я видела семью с одними женщинами. Видела, наоборот. Видела гаремы. Чего здесь только не встретишь, да чего далеко ходить. Твой Женечка, что вытворял?
— К тебе он тоже яйца подкатывал? — вдруг спросила Наташа.
— Нет. Ко мне нет. Хотя пару раз бросал заинтересованные взгляды, — плотоядно ухмыльнулась Кобра.
— Он мой, — отрезала Наташа. — Больше никаких гаремов!
— Я и не претендую. Не привыкла к гаремам, я старичка совращу, — облизнулась Кобра. — У него ещё имплант есть к тому же.
— Нету, можешь не надеется. Внешники всё сняли с нас.
— Ну ничего, он у меня и без импланта будет как огурец. Я же химера.
— Помогает?
— А то, — обрадовалась Кобра. — Можно в кого хочешь превратиться, у мужиков как пароходная труба стояк сразу.
— Понятно, подойдёшь к Леснику, я тебя заморожу, — серьёзно пообещала Наташа.
— Подруга успокойся, я всё поняла. Если до сих пор ему не дала, то и дальше не собираюсь. Ой, смотри, кого это к нам привели?
