Придя к такому выводу, Антифрикцио выкопал в своих бездонных карманах кусочек мела и принялся за дело. Круг получился больше похож на овал, но мертвецы не проникали внутрь, хотя преграду чувствовали. Их скрюченные смертью пальцы беспомощно скребли невидимую стену, человек немного успокоился, его жизнь пока в безопасности, но спать он все равно не будет. Разве заснешь при таком шуме, эти мертвецы не понимают, что ночью спать надо. Антифрикцио устроился полулежа и стал наблюдать за гулянкой оживших трупов, иногда он вздрагивал, какой-нибудь мертвец подходил особенно близко к кругу. Он не спал до утра.
Верзун проснулся, потянулся, разминая мышцы, громко зевнул, ощутил как хрустнула челюсть. Хороший сон делает тело сильнее, ум острее, да и вообще доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие. Он ощутил, под боком теплое тело человека, отодвинулся в сторону. Рядом лежал Антифрикцио с вытаращенными, покрасневшими от бессонной ночи глазами. Верзун заметил очерченный вокруг них меловой круг, понимающе улыбнулся, видно мертвецы бродили всю ночь, пугали человека. Что ж хоть какое-то развлечение в скучной человеческой жизни. Антифрикцио лежал неподвижно, на лице печать страха, боялся пошевелиться, хотя уже наступило утро, все было спокойно. Потом его взгляд стал потихоньку двигаться в сторону Верзуна, к лицу стала приливать кровь, оттого, что спутник увидел его испуганным. Минуту поразмышляв, человек, вдруг расцвел в улыбке, не всякий догадается, как защититься от мертвецов, а он смог. Он, Антифрикцио, герой. Верзун наблюдал за человеком, мысли которого были написаны на лице, ему снова становилось скучно, человечек начинал утомлять. Антифрикцио поднялся, сделал два шага, затекшие ноги упрашивали сесть. Тонкие косточки хрустели, когда он сгибал и разгибал ноги. Верзун не пошевелился, так и лежал на каменистой поверхности, не делая попыток встать. Он кивнул в сторону мертвецов.
— Шалили?
— Устроили вечеринку: вино, бабы. Уж так уговаривали, что не смог устоять, гулял с ними всю ночь. Теперь башка трещит с перепою. Мы идем?
— Я иду, — нелюдь резко встал. — А ты… пока не знаю… вряд ли.
Верзун стоял, смотрел на горные вершины, пронзающие белоснежные облака большими мечами, издали их поверхность казалась гладкой, вблизи же становились видны трещины, насаждения камней. Изредка взгляд цеплялся за хилые, какие-то изломанные деревца, цепкими корнями держащиеся за маленькие клочки земли. Среди облаков затемнела черная точка, точка превратилась в кляксу, клякса в летящее чудовище ростом с теленка. Оно направлялось к ним со стремительностью стрелы выпущенной из лука. Антифрикцио вскрикнул, заметался, ища укрытие, Верзун не двигался с места. Когда чудовище — это была дракоптичка — оказалось над Верзуном, из ее лап выпал сверток. Антифрикцио выглянул из-за камня, куда забился от страха, увидел в руках у спутника пергамент. Человек потихоньку выполз из-за камня и выпрямившись подкрался к Верзуну, надеясь прочитать, что же там написано. Верзун рассеяно глянул на Антифрикцио, пергамент в его руках вспыхнул ярким пламенем и сгорел дотла. Дракоптичка сделала несколько кругов над ними и улетела, Антифрикцио, который дергался всякий раз, когда она пролетала над ними, вздохнул с облегчением. Верзун внезапно хлопнул в ладоши, за его спиной изумленный человек увидел крылья. Антифрикцио протер глаза ладонью, но черные крылья нетопыря не исчезали. Верзун взмахнул пару раз крыльями, оторвался от земли и унесся прочь, даже не оглянувшись на человека потерянно стоящего посреди мертвецов. Человек стал ему совершенно безразличен, скука завладела им с еще большей силой.
Антифрикцио стоял, не веря, что спутник так легко его бросил, да что там бросил, даже не сказал ни слова, просто улетел и все. Он рассеяно провел рукой по лицу, думая, что делать. Возвращаться в город нет смысла, тролль все равно не отдаст ему свою дочь, надо идти дальше. Но куда? Ему нужен вампир, но не будешь же спрашивать всех встречающихся на пути, где его найти. Да и не отдаст кровопийца просто так даже капельку своей крови. Так и не решив что ему делать Антифрикцио двинулся в неизвестность, он надеялся, что Солнцеликие Боги не оставят его в этом трудном пути. Антифрикцио и в голову не пришло, что, решив стать вампиром, он перешел на сторону тьмы.
Лина подошла к своему дому и застыла с открытым ртом, обе половинки двери лежали на пороге, в проеме стоял отец. Его нахмуренные брови не сулили ничего хорошего, Лина поежилась, отец никогда не поднимал на нее руку, но сегодня он был непохож сам на себя, странный какой-то. Лина растянула губы в улыбке, бросилась отцу на шею, она с детства использовала подобную уловку, и та всегда неизменно срабатывала. Как оказалось только не в этот раз, отец убрал ее руки со своей шеи, губы сурово сжаты.
— Где ты была? Я послал Мердока искать тебя.
— Я уже взрослая и не буду отчитываться перед тобой.
— Отныне ты не будешь выходить из дома без моего разрешения.
— Но отец…
— Ни слова, быстро в свою комнату.