Нацеловавшись, мы вернулись к зданию бассейна, у которого нас ждали родители, а также и дедуся с бабусей, чинно держась под ручку. Понятно же, что они не могли пропустить подобного триумфа – появления в нашей большой и дружной семье первого мастера спорта! Впрочем, когда мой батя в начале осени, в отличие от прошлого раза защитил-таки кандидатскую диссертацию – ее тоже отмечали все вместе. Хотя на банкете, естественно, было человек пятьдесят народа… Причем в его организации я также принял самое живое участие, решительно выделив из полученного за первую книжку гонорара на это мероприятие ажно триста рублей. А что – могу себе позволить! Потому что за книгу мне капнуло почти четыре с половиной тысячи рублей. Зам главного редактора не обманул – мне положили гонорар в четыреста рублей за авторский лист. Это, конечно, недотягивало до уровня совсем уж маститых, получающих до восьмисот рублей за лист, но в полтора с лишним раза превышало минимальный, составлявший всего двести пятьдесят рублей за тот же лист. Так что теперь меня можно было считать вполне завидным женихом – умный, красивый, с деньгами… Шутка!
Из Москвы мы с Аленкой возвращались в машине дедуси с бабусей. На заднем сиденье. Обнявшись. И млея… Целоваться мы в присутствии взрослых не рисковали, но в обнимку нагло уселись. А потом моя малышка уснула у меня на плече.
– Ну ты как, сильно устала? Завтра на танцы идем или отдыхать будешь? – тихонько поинтересовался я, когда мы уже свернули с Киевки в сторону города и моя любовь открыла заспанные глазки. Совсем умоталась, бедненькая…
– Ты что – идем, конечно! – тут же вскинулась она. Во-от – а сначала не хотела ходить!
Дело в том, что осенью я вдруг обнаружил, что мне стало как-то… пустовато жить. После того как я закончил «художку» и «музыкалку», у меня внезапно образовалась масса свободного времени. Причем в будни. Часть из него я, естественно, направил на писательство, но этого мне оказалось мало. Что было вполне объяснимо – до этой осени многие годы подряд мои дни были заполнены почти до отказа. Я все время куда-то бежал, чем-то занимался, куда-то опаздывал… а теперь вдруг оказалось, что большая часть того времени, которое я на все это тратил, внезапно оказалась свободной. И мне от этого стало как-то неуютно жить. Я просто не понимал, что мне делать с такой чертовой тучей времени.
Попытки его убивания с помощью обычных для ребят моего возраста занятий мне не понравились. Все эти шляния по окрестностям, посиделки на лавочках или детсадовских верандах по вечерам с пивом и куревом меня совсем не впечатлили. Я и в прошлой жизни ничего подобного не любил. Нет, гулял, конечно, но по большей части предпочитал глотать взахлеб книжки. И мечтать – представляя себя то индейцем, то космонавтом, то капитаном атомной подводной лодки. Причем частенько увлекая своими играми и друзей… Но, увы, подобное было еще как-то возможно, будь я помладше. К сожалению, в индейцев или там мушкетеров девятиклассники как-то уже не играют! А до появления «толкиенутых» еще больше десятилетия, потому что даже первый том «Властелина колец» в СССР издадут, если мне не изменяет память, лишь в начале восьмидесятых. А второй-третий вообще в девяностые…
