Теперь, когда катера выходили на дистанцию удара и брали картинку уже и ближними сканерами, наши предположения перестали быть только предположениями. Антенная сетка установок квантовых корреляторов, тончайшей паутиной опутывавшая похожие на срезанные шары платформы узлов, была вполне узнаваема. Видеть подобное в Изумрудной мне уже приходилось, и захочешь, а не ошибешься.
— Капитан, Дэн передал: у Алябьева полный шухер.
В Андрее я нисколько не сомневалась, но…
Каждый бой, как игра в рулетку. Повезет — не повезет.
Главное, чтобы и на этот раз — первое.
— Принято, — отозвалась, всматриваясь в висевшую передо мной объемку. Едва заметные нити рисовали завитки, поблескивая в отраженном свете. Красиво… как вязь букв незнакомого языка. И — чуждо, не вписываясь в заложенные в нас вибрации. — Передать в Штаб: приступаем ко второму этапу, — перевела я ложемент в аварийный режим. Мало ли… — Экипаж…
— Мам, а можно я? — наигранно жалобный голос сына тут же синхронизировался с внутренним настроем, пока еще чуть, но уже сдвинув лавину куража.
Костас высунулся из-за внешки. Тарас оглянулся… Лоб влажный, в прищуре глаз заметна усталость…
Час десять с момента начала операции… Основная нагрузка на «Тсерре» и полста первом, но доставалось и нам. Архи дальнего охранения перестраивались, создавая новую сеть и перекрывая «бреши», оставшиеся после вышедших на перехват кораблей. Уходили в погружение, «выскакивали» совершенно не там, где мы ожидали их увидеть.
Логика перемещений тоже была чужой, не позволяя осознать заложенный в маневры смысл, улавливая его уже после того, как становилось поздно.
— Капитан, полста первый в ви-секторе тяжелого…
Говорить, что заметила — не стала. Еще не в тисках, но гравитационный шторм сыграл свою роль, выставив средний на весьма невыгодную позицию.
«Тсерра» находилась в секторе работы Стрэка, но ее задачей были сброшенные катера. Управление держал Дальнир, Дарил обеспечивал прикрытие, не давая архам подойти к будущим самоубийцам.
— Полста первому покинуть сектор…
— Сомнут его… — заметил Торрек. В отличие от Антона, все-таки занявшего место за своим терминалом, этот продолжал стоять слева.
Угроза оказаться в очередной раз разжалованным до юнги домона нисколько не испугала. Судя по всему, статус «принеси-подай» ему в какой-то мере даже нравился. Хотя бы тем, что я без него не обходилась.
— Мам? — напомнил о себе Юл, смягчая для меня ситуацию.
Помочь полста первому я ничем не могла… Как бы ни хотела.
— Позволь, капитан, — наклонился ко мне домон.
Я — хмыкнула. Кто-кто, а Юл в его поддержке точно не нуждался — все преимущества своего сыновьего положения он уже давно вычислил, до последней капли используя обе части принципа. И ту, в которой много дано, и вторую, с соответствующей отдачей.
— Позволить, говоришь? — переспросила я, вроде как сомневаясь.
Несмотря на весьма плотный гул, командный «затих», в ожидании моего решения. И ведь понимали, что не откажу, но показуху, нагнетая напряжение, гнать продолжали.
— Ну… — слегка добила я до нужного градуса.
Знал бы он…
Все они знали, с трудом сдерживая подступавшее к горлу. И сакраментальное: «Вперед!» И уже прозвучавшее в другом секторе воинственное: «Маздай!» И то, что шло из самой глубины души… оттуда, где нет ничего лишнего… лишь ты и до краев наполненное яростью: «Твари!»
Все это уже жило в нас, стремилось вырваться наружу, сорвав последние заглушки вылиться в музыку команд и четкие, острые грани чеканных отчетов.
— Капитан… — не сдержавшись, буквально простонал Тарас.
Его тело «текло», вместе с «Дальниром» рассекая условную пустоту космоса. Вибрировало на гране изменений, поражая пластичностью и скрытой мощью, заложенной в нем тем, кем он сейчас был.
Бог! Бог войны, вновь рвущийся доказать свое право быть всесильным!
— Давай! — бросив короткий взгляд на продолжавшего оставаться невозмутимым Джориша, едва ли не выкрикнула я, не только давая разрешение, но и начиная новый отсчет.
Отсчет очередного безумия, через которое нам предстояло пройти.
— Маздай! Маздай! Маздай!
Голос сына бил в уши, но все равно оставался где-то там. Фон. Ставшая нашей реальностью музыка.
Маздай. Маздай. Маздай…
— Арх. Удаление один и шесть… Контроль.
— Контроль принят, — вывела я идентификатор СиЭс на красное поле.
Чем ближе подходили к планете, тем плотнее становилась защитная «сеть», повышая риск прямого контакта.
— Второй на векторе. Шестьсот секунд до курса…
— Маршевые… Готовность к погружению…
— Пора уходить…
— Залп. Угроза… Сброс перехватчика…
«Дальнир» увело, но я это не столько прочувствовала — компенсаторы отработали на все сто, сколько «увидела» в движении плеч Тараса, «последовавшего» вслед за кораблем.
— Маневр уклонения… — подтвердил мои выводы Дальнир.
— Ждем, — «держа» взглядом навигационку, коротко бросила я.
Картинка жила… дышала… Взбухали, горбились волны линий гравитационной напряженности, опадая под «тяжестью» ардонов и «нервно» сбрасывая с себя туши тяжелых. Играли с архами, то подгребая их под собой, то вновь выталкивая, словно позволяя сделать судорожный вздох.
Отметки. Коды. Цветные линии…
