– Ада с улыбкой погладила островок мягкого зеленого мха на кладке. Присутствие этого древнего гиганта придавало ей мужество, совсем как в детстве.
– Не понимаю, – капитан слегка тряхнул головой.
«Что, словарь подвис?» – съязвила про себя Ада и, видя, как собеседник хмурится, быстро добавила:
– Это нельзя понять – только почувствовать.
– И что вы чувствуете?
– Удовлетворение и печаль, полагаю…
– Почему?
– Вероятно, у вас нет семьи, капитан, – вздохнула Ада.
К ее удивлению маска спокойствия на лице собеседника на мгновение дрогнула.
– Я бы предпочел не поднимать эту тему, – тихо отозвался он, – …пока.
– Просто мне бы не помешал хороший пример… – пожала плечами Ада. – Людям вообще свойственно хранить вещи своих предшественников, даже тех, кого они не знали, даже тех, с кем они никак не связаны. Глядя на эти стены, я словно бы касаюсь чувств и мыслей людей, которые их создали, людей, что их чинили. Мне нравится ход их мыслей, и я чувствую удовлетворение, но я понимаю, что никогда не смогу встретиться с ними и поговорить об этом, поэтому мне грустно… думаю, это что-то из разряда общения.
– Я понимаю, – хрипловато отозвался капитан.
Писательница так увлеклась своими мыслями, словно бы переплетавшимися с узорами лишайника, который она рассматривала, что совсем не заметила, как тот подошел почти вплотную.
– Правда? – искренне удивилась Ада, глядя в зеленовато-синие глаза, больше напоминавшие холодное стекло.
Капитан кивнул.
– Это похоже на чтение старой книги. Ты понимаешь, о чем с тобой говорит автор, и чувствуешь, что не одинок. Но одновременно ты понимаешь, что он даже не знал о твоем существовании, и чувствуешь себя брошенным. Очень противоречивое чувство…
Ада невольно подняла брови.
«Это о моей книге? Он что, флиртует?»
Капитан быстро отвернулся и скрестил руки на груди.
– Почему вы не сказали, что это Джейк пытался утопить вас?
– А вам это откуда известно?
– Прочел в его памяти. Мы ведь родственные формы разума как-никак…
– А мои воспоминания вы тоже прочли?
– Нет. Вас ведь никто не готовил к подобным операциям – это определенно будет небезопасно для нас обоих.
– Но мысли мои вы читаете, – заметила Ада.
– Я непроизвольно слышу кое-что из того, что попадает в самый верхний уровень сознания, – это последствие перевода. И все же мне бы хотелось получить устный ответ на свой вопрос…
– По поводу Джейка?
Тот кивнул.
– Ну, во-первых, он сделал это в состоянии аффекта и сразу же попытался меня вытащить…
– И все же это стоило вам жизни, – капитан склонил набок голову.
– Я не злопамятная, – передернула плечами Ада. – В любом случае это моя вина. Я не справилась с задачей, которую сама же на себя взвалила, – перед глазами встало искаженное мукой заплаканное лицо киборга с расширившимися глазами и невидящим взглядом. – Пожалуй, я бы до конца жизни мучилась мыслью о том, что сломала судьбу парню. Но так как я единственная, кому удалось протянуть целых четыре года…
– Считаете, существуют обстоятельства, при которых вы бы могли протянуть еще четыре? – с сомнением в голосе уточнил капитан.
– Кто знает, что было бы, будь у меня побольше опыта, – вздохнула Ада и попыталась опустить плечи, впрочем, безуспешно. – Но я ведь даже собственных детей не воспитывала, не говоря уже о товарищах с феноменом депривации. Если бы я только чуть лучше понимала его потребности, если бы кто-нибудь толком объяснил мне…
– Основная потребность модели СУ-1 Джейк, это создание симбиотического организма с идеальным партнером, – бесцветным голосом проговорил капитан. – Эта классическая ошибка первой разработки описана во всех учебниках…
– Что? – почти охнула Ада, втайне надеясь, что это мрачная шутка. – Идея стать единым целым никогда мне не нравилась. Даже если речь идет об очень хорошем и приятном во всех отношениях человеке. Идея же сделать это в прямом смысле кажется совсем абсурдной, даже при условии наличии такой возможности…
– Джейк это знает, – кивнул капитан. – И знает, что вы хотите ему только добра. Именно это позволило ему бороться с собой так долго. И именно поэтому, даже когда объединение все-таки произошло, ваши сознания не слились полностью и не разрушили друг друга. В противном случае мы бы не смогли разделить вас…
«Я слилась с Джейком? Была чем-то другим?» Воспоминания о бесконечности, проведенной в холодной темной бездне, накрыли Аду подобно ледяному валу морской воды, смыкающейся над головой. Сейчас она знала о Джейке гораздо больше, чем соглашалась признать. Она знала, что капитан говорит правду!
Секунды или часы спустя она обнаружила себя сидящей на корточках у ног капитана и судорожно сжимающей свои плечи. Она подняла глаза, тот спокойно безмолвно ждал, почти не шевелясь. Увидев, что взгляд собеседницы стал осмысленным, он слабо улыбнулся.
– Так или иначе, я должен поблагодарить вас за сдержанность, – сказал он. – Если бы люди на корабле узнали об агрессивности… – он запнулся, явно проглатывая привычное слово, – альтернативной формы разума, у нас могли бы возникнуть проблемы.
