– Ну, допустим, что я поверю, что такая женщина, как вы, вскружит голову любому и за пять минут. А уж пообщавшись с вами подольше, так ему вообще крышу снесёт. Шутка! Но так возбуждаться не надо, дело в том, что нотариус сказал мне, что Ситцев признался ему, что женщина, которой он всё завещает, совершенно не в курсе. Таким образом, погибший Григорий Васильевич Ситцев подтвердил ваши слова, я, Яна, понимаю ваше недоумение.
– Не знаешь, а в саду Ситцева есть парковые скульптуры? Их раньше из бетона ваяли, – спросил Мартин.
Яна даже не сразу поняла, о чем он спрашивает, у нее просто голова шла кругом.
– Что? Ты знаешь, я не успела там хорошо осмотреться. Не знаю, – ответила Яна.
– Вот теперь одна точно будет. Садовник Глеб как только узнал о завещании, так сразу в нее и превратился. – На щеках Мартина появились симпатичные ямочки.
Все взглянули на Глеба. Тот на самом деле за всё это время не произнёс ни слова. Увидев, что все уставились на него, он виновато улыбнулся.
– Я просто… Я как-то… Неожиданно это. Как так мог Ситцев? Завещание…
– Вы, юный друг, рассчитывали на свою часть наследства гражданина Ситцева? – спросил следователь, прищуриваясь.
– А что тут удивительного? Ситцев – человек не бедный. Я честно работал на Григория Васильевича, да и Полина Олеговна тоже… Конечно, мы рассчитывали на какие-то средства. Да и Николай Степанович тоже…
– Кто такой Николай Степанович? – поинтересовался следователь.
– Правая рука Григория Васильевича. Заместитель директора кладбища и директора похоронного бюро в одном лице, – пояснил Глеб, пребывающий в непонятном расстроенном состоянии.
Яна почему-то очень хорошо понимала его. На самом деле парень мог рассчитывать на что-то от человека без семьи, на которого честно работал. А тут появилась какая-то особа и всё… Она думала, что и Мартин, и Игорь Владимирович это тоже понимают, поэтому Глеба никто и не осуждал. Но ситуация была крайне запутана. Самый главный человек, который мог бы объяснить, почему он привёл Яну в свой дом и в этот же день завещал ей всё имущество, был убит и уже ничего не мог пояснить.
– Так ты теперь богатая, – посмотрел на Яну Глеб.
– Откуда ты знаешь, каким состоянием я владею? Может, я женщина богатая.
– Всё может быть… – ответил Глеб.
– Сомнительное обогащение, – согласился с Яной следователь. – Я бы тоже напрягся, если бы на меня свалилось такое.
– Так ты же можешь отказаться… всегда. Не в мою пользу, а даже так… государству, – предложил Яне Глеб.
– В таком деле лучше не торопиться. Когда Ситцев завещал мне своё имущество, он ведь о чём-то думал. Значит, ему так было нужно. И я наследство так не кину, я сначала разберусь и уже потом решу, что делать, – твердо посмотрела на него Яна, давая понять, что она «дамочка не промах».
– Конечно, как скажешь, – сразу же отступил Глеб.
– Этим я и займусь, – стала вставать с кровати Яна.
– Чем? – в голос спросили мужчины, помогая ей подняться.
– Наследством! – гаркнула Яна. – Хочу познакомиться с заместителем Ситцева, может, хоть он мне прояснит обстановку.
– Я тебя одну не отпущу, – заявил Мартин.
– Отпустишь. У меня уже почти всё прошло. А у тебя дело серьёзное, тут шутки плохи. Оставайся в больнице, – попросила его Яна.
– Я в норме.
– Я знаю Николая Степановича, – сказал Глеб. – Я тебя с ним познакомлю.
– А я вот не очень доверяю вам, молодой человек, – честно сказал Мартин.
Яна дёрнула его за руку.
– А мне доверяешь? Всё будет хорошо, потому что всё плохое, что могло случиться, уже случилось. Чёрная полоса кончилась, сейчас начнётся белая. Тебе пора порадовать маму и позаботиться о жене.
– О жене?! – удивлённо поднял брови Глеб. – Ну, вы даёте!
– Откуда такая реакция? Какое ваше дело? – нахмурился Мартин.
– Меня не покидает чувство, что вы имеете интерес к Яне. Меня явно восприняли в штыки, а сами-то что можете предложить такой женщине? Вы же женаты!
– Я могу предложить свой дом, огромный участок неподалёку от кладбища для королевы кладбищенского бизнеса, – не моргнув глазом ответил Мартин.
– Точно, Мартин, добей меня! Может, завещаешь мне также и психлечебницу? Так сказать, до кучи?
– Сейчас не берите, не становитесь владелицей, пока идёт следствие, – посоветовал следователь.
Глеб побагровел, явно не понимая юмора. Мартин смотрел на него спокойно и уверенно. Глеб явно почувствовал конкурента, да еще какого.
– Поехали! – Оторвавшись от взгляда-магнита Мартина, Яна обратилась к Глебу: – Ничего со мной не будет! Он забрал меня при свидетелях.
– Ты прямо в таком виде? – спросил Глеб.
– Накину что-нибудь, – туманно ответила она. – Помоги мне размотать бинты.
Яна буквально силой поволокла Глеба за собой.
Мартин вышел следом за ними из палаты, но пошёл в другую сторону.
Яна взяла в соседней палате у знакомой халат в жутких розочках, надела его поверх больничной сорочки. Халат был размеров на десять больше, чем надо. Проходя мимо ординаторской, она послала воздушный поцелуй Любови Петровне. Та лишь проводила Яну удивлённым взглядом, но не остановила.
Яна и Глеб вышли на улицу, и Глеб указал рукой на что-то невообразимое:
– Мой транспорт.
