Крис наблюдал за нами, как мы с Анни катались на слоне. Я наблюдала, как его пальцы быстро делали многочисленные фото. Наша экскурсия подходила концу. Стрелки часов показывали три пополудни. Уставшие, но невероятно довольные мы ожидали такси, когда Анни предложила продолжить нашу прогулку и отправиться пообедать. Если б я начала противиться, то она сразу же обиделась. Я и так поступила с ней по-свински, съехав с гостиницы. Мы припарковались около кафешки в центре города. Анни сразу же выскользнула из такси, и мы с Крисом покорно последовала за ней, ни о чем не спрашивая. Изнурительная жара просто выбивала нас из колеи. Хотелось укрыться от палящего солнца и вдыхать прохладный поток воздуха.
– Для начала закажем холодный чай и фрукты, -весело пропела Анни.
Мы с Крисом устроились вместе на одном диванчике. Под столом мурлыкала кошка со своим недавно рожденным котенком. Я уже приготовилась насладиться своим заказом, как встретилась с глазами Кристиана. Он смотрел пристально и долго, что-то обдумывая в своей голове. Потом схватил мою руку и потащил меня из кафе. Это было так неожиданно, что я опомнилась только тогда, когда мы оказались снова на улице.
– В чем дело, Крис? – прикрикнула я.
– Ребята вы куда? – услышала я испуганный голос Анни.
– Нас не жди, – ответил Крис.
Кристиан взял меня за руку и повел меня дальше.
– Я хочу сделать нам тату, – бросил он на ходу.
– Что ты хочешь? – переспросила я.
Я неуверенно улыбнулась, не думая, о том, что это правда.
– Нам нужно сделать что-то одно на двоих, то, что будет понятно только нам и останется нашей тайной.
Его тон был вполне убедительным, но я никогда о таком не задумывалась. Моя улыбка стала исчезать, когда я заметила вывеску с тату салоном. Меня терзали некоторые сомнения, но иметь что-то общее с Кристианом, какой-то символ нашей истории, начавшейся на острове Бали, – это было… так странно и неожиданно.
Студии татуировок на Бали найти совершенно не сложно, но найти лучшую иногда бывает трудно. Умение и опыт татуировщиков – это одно, но качество и стерильность также важны. Мы стояли у входной стеклянной двери, на которой висела картонная вывеска «открыто». Прочитав неоновую вывеску «Ловкие чернила», мы шагнули внутрь. Кристиан нисколечко не удивился, а мое первое впечатление было поразительным. За стойкой регистрации нас приветствовала девушка европейской наружности, с ярко-осветлёнными волосами и милой улыбкой. На ней была надета просторная черная футболка без какого-либо принта, но ее руки украшали разноцветные лозы цветов, спускавшиеся от плеча к запястью. На входе красовалась антикварная вешалка, на которой висели яркие зонты с одинаковыми деревянными ручками. Комната, где располагались татуировщики была выкрашена в графитовый цвет, ассоциирующийся у меня с мужской брутальностью. Стены украшали картины, сделанные известными тату-мастерами. Эти полотна были выставлены в позолоченные рамы в стиле Барокко, что делало их броскими и придавало им особую значимость. В каждом рабочем месте красовалось кожаное кресло для клиента и гармоничный стол для мастера, сочетающий в себе несколько функций. В середине комнаты был расстелен огромный пушистый ковер ярко-алого цвета, поистине придающий комнате шик. Каждый мастер показывал папку с портфолио, в которой предлагались не только оригинальные тату, такие как национальные мотивы и этнические образы, но и портреты и надписи, сделанные различными каллиграфическими способами.
Я, конечно, не до конца понимала, что же мы сделаем, но мое сердце уже было к этому готово. Мы присели на мягкий диван того же красного оттенка, что и ковер и открыли папку. Я все еще была ошеломлена от своего решения и желания.
Прошло два года со дня нашего знакомства.
– Детка! Я хочу сказать, что мы не сможем провести наш отпуск после твоего выступления, – каким-то равнодушным голосом заявляет мне Кристиан.
