Его игривое настроение еще сильнее насторожило Лили, и она снова попробовала натянуть на себя простыню.
— Я была бы благодарна, если бы ты отправил кого-нибудь ко мне домой за платьем и кое-какими вещами… Моя горничная Энни знает, что собрать, и… — Ее величественные манеры тут же исчезли, едва Алекс, сдернув простыню, обнажил ее бедра. — Алекс!.. — слабо запротестовала она.
Он провел рукой по ее телу.
— Мне нравится, как ты произносишь мое имя.
— Неужели снова? — задохнулась от изумления Лили. — Еще раз?
— А почему бы и нет?
— Наверное, это вредит здоровью или еще что-нибудь…
— Очень вредит, — согласился он, накрывая ладонью ее грудь. — Это сильно действует на мозги.
— Серьезно? — встревожилась было Лили, но потом сообразила, что он поддразнивает ее. — Алекс!
Его теплые улыбающиеся губы приникли к ее груди. Лили бедром ощутила, как набухла его плоть. Ее тело мгновенно откликнулось на его безмолвный призыв, и она не возразила, когда он навалился на нее всей своей тяжестью. Продолжая целовать, он с легкостью вошел в нее. Поколебавшись, она обняла его за торс и почувствовала, как под рукой перекатываются тугие мышцы спины. Он быстро задвигался, опаляя горячим дыханием ее шею. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы достичь пика блаженства: его тело на мгновение напряглось, потом по нему прошла судорога, и он в изнеможении рухнул ей на грудь.
Лили первой нарушила затянувшееся молчание. Сев на постели, она почти до самой шеи натянула на себя простыню.
— Есть вещи, которые мы должны обсудить прямо сейчас, — заявила она, стараясь придать своему голосу уверенность, и прокашлялась. — Я умею говорить без обиняков.
— Приятное разнообразие, — насмешливо улыбнулся Алекс. Он не мог вспомнить ни одного разговора, когда она не была бы прямолинейной с ним.
— Это касается денег и обязательств.
— О да! — Он тоже сел. Лили попыталась было прикрыть его бедра краем простыни, но он решительно свел ее усилия на нет. — Моих денег и твоих обязательств.
Она кивнула. Он вел себя странно, можно сказать, легкомысленно. На его губах играла улыбка, которая выводила ее из равновесия.
— Вчера речь шла о пяти тысячах…
— Верно!
Лили раздраженно прикусила губу.
— Ты все еще намерен дать их мне?
— Я же сказал, что дам.
— В обмен на что?
Алекс не знал, что сказать. Задача значительно упростилась бы в романтической обстановке. Но Лили была как на иголках. Ясно, что она не станет питать взаимную страсть, огнем растекающуюся по его венам, и оставит без внимания его слова восхищения.
Поэтому он ответил ей в таком же деловом тоне:
— Для начала я хочу, чтобы ты спала со мной.
Она опять кивнула.
— Я этого ожидала, — мрачно проговорила она. — Мне повезло, что я стою такой суммы.
Кажется, ее язвительность позабавила его.
— Ты бы стоила гораздо дороже, если бы освоила несколько простых приемов.
Лили потупилась, но Алекс все же успел заметить, как в ее глазах промелькнули удивление и замешательство. Значит, она не подозревает, что в азбуке любви еще не все ими пройдено. Улыбнувшись, он погладил ее по обнаженному плечу.
— Ты быстро научишься.
— Я бы хотела, чтобы ты снял для меня дом, — продолжала Лили, чувствуя себя неловко. — Он должен быть достаточно большим, чтобы хватало места для приемов, и расположен в…
— Этот тебе нравится?
Он, конечно, насмехается над ней, предлагая как ни в чем не бывало поселиться в фамильном поместье.
— А почему бы не в Рейфорд-Парке? — рассердилась Лили.
— Можно и там, если тебе так хочется. Зардевшись, она устремила на него молящий взгляд.
— Неужели ты не понимаешь, что для меня все это ужасно тяжело? Допускаю, что для тебя это забава, но мне бы хотелось поскорее покончить с этим! Будь серьезнее.
— А я серьезен. — Алекс прижал ее к груди и поцеловал.
Его губы были нежными и сладкими. Лили не нашла в себе сил протестовать. Ее губы распахнулись навстречу его губам.
Оторвавшись от нее, Алекс посмотрел ей в глаза и увидел в них смущение.
— Я открою счет на твое имя в банке — думаю, к сумме ты не придерешься. Я закажу для тебя карету — ты сама выберешь стиль. Я открою кредит во всех магазинах, где ты пожелаешь. Хотя здравый смысл подсказывает мне обратное, я все же позволю тебе играть в клубе Крейвена, так как знаю, что тебе там нравится. Однако ты будешь появляться на людях только в тех туалетах, которые одобрю я. И если ты будешь принимать ухаживания других мужчин, кроме меня, я сверну твою милую шейку. Ты будешь спать со мной каждую ночь, сопровождать меня в деревню. Что касается охоты и других развлечений — можешь принимать в них участие, но только в моем присутствии. И больше никаких скачек верхом без сопровождения. Я буду пресекать любое проявление безрассудства. — Алекс почувствовал, что Лили насторожилась, и понял, что женщине, привыкшей к полной свободе, принять его условия нелегко. Однако Лили молча слушала. — Я буду благоразумным, — уже спокойнее продолжал он. — Надеюсь, ты не сочтешь мои требования чрезмерными.
