Билли рассеянно кивнула и проследовала на кухню, где Миддлтон появился спустя минуту с большим бумажным пакетом, откуда доносился убийственно вкусный аромат, на который мгновенно откликнулся ее желудок.
– Господи, – прошептала Билли, сев напротив Адама и расплывшись в улыбке. – Пахнет божественно.
– О, да, – подтвердил Миддлтон, вытаскивая из кухонного шкафа пару тарелок. – А на вкус еще лучше.
Пока он был увлечен поиском новой упаковки салфеток, Билли успела раскрыть пакет и разложила его содержимое в хаотичном порядке прямо на барной стойке.
– Привет, кр-расавчик, – промурлыкала она, приоткрывая картонную крышку.
– А ты и правда большая любительница бургеров, – заметил Адам, выравнивая за Билли коробки, упаковки с соусами и одноразовые столовые приборы, которые не понадобятся, ведь есть бургер вилкой и ножом – самое настоящее преступление.
– Величайший, – подтвердила Билли. – Хватит так смотреть на них, будто через пару минут эта парочка окажется не в наших животах, а на конкурсе красоты.
– Не вижу ничего плохого в том, чтобы подать еду в лучшем виде. Между прочим, качественная сервировка повышает удовольствие от приема пищи.
– А перфекционизм – уровень кортизола в крови. Серьезно, тебе надо хотя бы иногда ослаблять узел на своем невидимом галстуке, – заметила Билли и с блаженным видом втянула носом ароматный запах сыра, соуса и пропеченной котлеты-гриль из говядины.
– На невидимом галстуке?
– Ага, – кивнула она и указала на Адама бургером. – Тот, который спонсирует твой самоконтроль и не дает наслаждаться жизнью.
– Может быть, я наслаждаюсь жизнью, с чего ты взяла?
– Если бы это было так, ты не упомянул бы слово «может быть», – парировала Билли и наконец надкусила бургер. – М-м-м-м-м, гофподи… эфо… эфо однофзнафно… – Ей пришлось взять небольшой перерыв, чтобы насладиться вкусом, и, когда она проглотила кусок, ее взгляд заблестел от счастья. – Я влюбилась. Всерьез и надолго.
От неожиданного заявления Миддлтон едва не выронил еду из рук.
– Этот бургер… у меня к нему такие… – Билли закатила глаза и улыбнулась, – сильные чувства.
«Так это было о…»
Адам беззвучно усмехнулся и ослабил захват бедного бургера, который почти расплющил в своих руках.
– Эта нежная булочка, сочное, тающее во рту мясо под соусом с легкой ноткой остроты и аппетитный тянущийся сыр… м-м-м-м… Серьезно. Это лучший бургер, который я ела в своей жизни. Или даже так: я не помню, когда вообще ела нечто подобное. – Билли вновь впилась в бургер зубами.
– Вся благодарность Тони, – кивнул Адам, – повелителю бургеров и шеф-повару от бога.
Билли поперхнулась и зашлась в кашле.
– Все хорошо? – забеспокоился Миддлтон и подал ей стакан с водой.
– Да, – покраснев, девушка подняла большой палец вверх. – Я в порядке. Слишком… жадно ем.
Лучше – или хуже – совпадения имен просто нельзя было придумать.
Краем глаза наблюдая за Билли, Адам опять улыбнулся. Его не переставала удивлять ее реакция абсолютно на все – даже на такую мелочь, как обычный бургер. Она пережевывала каждый кусок с таким искренним счастьем, что, не зная о талантах Тони-повара, можно было бы решить, будто он добавил в рецепт запрещенные препараты, вызывающие эйфорию, но… Адам не зря ценил это место – и за качество приготовления, и за вкус, и за добросовестный подход к делу. И ему было чертовски приятно разделить этот момент с Билли. Пусть и продлится он недолго.
И, к слову, о запрещенных препаратах… Мысли Миддлтона по привычке переметнулись на работу. Но через пару минут Билли закончила есть и вздохнула с довольной улыбкой.
– Это было прекрасно, спасибо.
Кажется, жизнь начинает налаживаться.
– Тони будет счастлив узнать, что его фан-клуб пополнился еще одним поклонником.
– Охотно верю, – отозвалась Билли и сползла с барного стула. – Тогда продолжим?
Следующие полчаса они подробно изучали фотографии на стене и отмечали все, что могло так или иначе зацепить внимание.
– Кстати, – вспомнил Адам, – информатор упомянул, что Андерсон не только искал мефедрон, но и пытался избавиться от чего-то, за что не хотел браться никто из той подпольной среды, а потом он скорее всего нашел исполнителя, потому что пропал с радаров. Нам так и не удалось выяснить, что именно это было.
Билли постаралась сохранить невозмутимый вид, однако скрыть свой интерес от Адама у нее не вышло. Конечно же, он рассказал ей об этом с одной единственной целью – и она тут же подхватила брошенный ей мяч:
– Вот бы у вас был кто-нибудь из теневой тусовки, кто мог бы пролить свет на эту информацию, – наигранно-задумчиво проговорила она, прикидывая в уме момент, когда можно будет написать Тони.
– И не говори. – Адам проверил остатки колы на дне своей бутылки. – Будешь еще?
Билли рассеянно кивнула и, когда Миддлтон вышел из гостиной, дернулась к своему телефону.
